Так бы схватил за волосы и сделал с ней то, что делал с разными девушками, посмевшими вести себя так нахально со мной. Ведь сейчас она не отличается от других.
Просто девушка. Просто бывшая жена.
Особенная.
Стерва.
– Я тебя услышал, – делаю вывод и, разворачиваясь, спешу на выход.
Глава 25
Глава 24
Вероника
Меня всю трясёт. Колошматит и ломает, как хлипкие ветки при сильном ветре.
Забегаю в туалет, упираюсь руками в керамическую раковину и пытаюсь восстановить дыхание. Глубокий вдох, медленный выдох.
Раз-два.
Раз-два.
Не получается!
От злости бью по умывальнику, ругаясь на бывшего мужа.
Впереди две операции, а я не могу унять дрожь в пальцах. Всё из-за него. Если бы он не пришёл, не увидел Полину… всё было бы хорошо.
В тот момент земля ушла из-под ног. Я разволновалась настолько, что была не в состоянии думать.
Я не смогла бы защититься, если бы посыпались вопросы. Поэтому атаковала. Говорила всё, что лезло в голову. Лишь бы у Леона не возникла мысль, что наша дочь – от него.
Не хочу.
Пусть живёт дальше и не знает о ней.
Не портит нам жизнь.
Стоит появиться ему рядом с Полей, она к нему привяжется. Она же совсем малышка, которая хочет любви и заботы. Отцовского внимания. Чтобы катал её на шее, кружил и делал всё то, чего не могу сделать сама из-за своей слабости.
А он – нет. В лучшем случае, побудет с ней неделю. Две. Потом бросит, наигравшись. Потому что дети для него – ненужный багаж. И от этого всего дочке будет больно. А ещё мне, когда буду смотреть на неё – стоящую в коридоре у двери и прижимающую к себе мягкую игрушку.
В ожидании Новака.
Не хочу!
Но ничего поделать с этим не могу.
Леон, если захочет, за две минуты узнает, чья она. В свидетельстве о рождении указано, кто её отец. Хоть и не достоин, но благодаря его биоматериалу она появилась на свет.
Просто заглянув в паспорт, Новак всё поймет.
По этой же причине я отказалась помогать ему.
Нужно отгородиться от него. Выстроить огромные стены, которые он не сможет перепрыгнуть даже с огромными деньгами.
Последние слова, брошенные ему от злости, были именно для этого.
Чтобы вызвать ненависть. Неприязнь.
Я так не считаю. Конечно, мальчику будет легче жить с богатым родным дядей. Ни в чём он не будет нуждаться. Это лучше, чем быть в доме малютки или попасть в семью, которой ты на хрен не нужен, только бы платили.
Пусть Леон ненавидит меня. Не приближается даже на пушечный выстрел. А отходит от меня всё дальше и дальше.
– Вероника, – раздается мужской голос за дверью туалета.
