— Это который со шрамом.
Мы двинулись к базе. Димоны тащились в конце процессии, я кожей чуял их недовольство. Ничего, чуть позже объясню, зачем пригласил в святая святых классовых врагов. Правда, это будет лишь вершина айсберга, про таймер-то не расскажешь, не объяснишь, как спасенная жизнь может отразиться на реальности.
— Ждите здесь, не отсвечивайте, — велел я, и мы с Ильей побежали к нему домой, друг — за ключом, я — звонить директору.
У Ильи с родителями были доверительные отношения, потому он рассказал им все, как есть.
Пока Илья убеждал отца дать ему ключ, я остановился возле тумбы с телефоном, набрал директора, надеясь, что он ответит.
Трубку сняла его жена, я представился и попросил Геннадия Константиновича. Донеслось его ворчание, что и ночью покоя нет, но он все-таки ответил, бросил раздраженно:
— Слушаю, Павел. Только давай быстро излагай, почему ты решил пригласить в школу малолетних воров и наркоманов. Надеюсь, что твоя версия будет убедительной.
— Они услышали про наши тренировки и попросились к нам.
Я поставил им условие: завязать с вредными привычками и криминалом. Думал, это им не по силам. А они завязали и пришли.
Донесся смешок.
— Завязали, ну-ну. Вот ты, Мартынов, вроде такой умный, но такой… э-э… наивный. Ты в каком мире живешь? Кого в дом пускаешь? Уж сколько от них вреда было. Если бы не знал, кто ты такой, поверил бы Людмиле. У нее чуть инфаркт не случился! А они правда ей угрожали?
— Зачем, когда им хотелось в спортзал? — задал я встречный вопрос.
— Потом, когда получили отказ.
— Никто никому не угрожал. Я вместе с ними стоял и все слышал.
Ну не считать же угрозой в сердцах брошенное, причем себе под нос «хана тебе».
И этому ничего не объяснишь. Никому ничего не объяснить, и знания давят на плечи.
— Короче так, Мартынов, — припечатал директор. — Вам заниматься можно. Чужих приводить запрещаю. Только ученикам школы можно. Понял?
— Ясно. Спасибо за адекватность. Хорошего вечера.
Повесив трубку, я обернулся и увидел Илью, держащего ключ.
— Дрэк не сердится, — отчитался я. — Понимает, что сторожиха приукрасила.
— Ты еще можешь передумать, — серьезно проговорил Илья. — Если честно, мне бы не хотелось заниматься с этими отбросами, они все испортят.
— И мне не хочется. Но так надо. Да и нам выгодно, когда идет война с заводскими.
— Это да. — Илья протянул мне ключ.
* * *Никогда на базе не было так людно, как сегодня, мы едва поместились.
