Случаются форс-мажоры, но чаще препятствует человеческий фактор. Деньги заканчиваются, стройматериалы бывают некачественными… Да что там, сейчас просто нет нормальных стройматериалов, которые облегчали бы работу, и инструментов нормальных у рабочих нет — хоть за границу лети, а до восемнадцатилетия еще три года терпеть.
* * *Утром я отложил ранний подъем и визит к директору, точнее, перенес его на большую перемену. Ну, или после уроков останусь, дрэк ведь на работе до вечера.
Впервые за долгое время в школу мы шли втроем.
Точнее, мы с Борей шли, а Наташка плелась. Она так переживала, что даже свой чай не допила и ничего не съела. И до вечера ей еще мучиться неведением, потому что сейчас Андрей предположительно только проехал Воронеж.
Я совсем забросил школьные дела. Казалось, прошло не несколько дней, а целая вечность.
Но все было, как и раньше: все так же возвышалась старая шелковица с натруженными ветвями, а возле нее все так же собирались школьники — как ежи на пиршество, когда начинали падать ягоды.
— Пашка идет! — радостно завопил Ян.
Илья мне помахал. Навстречу чуть ли не побежали Гаечка, Кабанов и Алиса. Остальные еще не приехали. Вспомнилось, что Димоны заболели. Скорее всего, они в школу не пойдут, хотя на разборке с Хмырем были.
— Я не понял, у нас че, с заводскими теперь мир? — возмущенно воскликнул Кабанов, как будто ему интересное приключение обломали."
"— Ждем информацию, — сказал я.
— Мы купили фрукты и сладости и разнесли больным учителям, — отчиталась Гаечка.
— Вера Ивановна плакала, — проговорила Алиса.
Вот так номер! Не рассчитывал, что они это без меня так быстро провернут. Самому хотелось Верочку порадовать… Но вспомнился дед-алкаш, что жил в общаге, где и Лялины, и его парализованная дама сердца, которая намного его старше. Путь в никуда, Пашка, даже думать не смей…
Но ведь завтра не существует! Есть только сегодняшний день. Зачем отказывать себе в счастье здесь и сейчас только потому, что, возможно, за это придется платить в будущем? Сколько лет счастья я потеряю?
В голове будто схлестнулись две стены огня.
— Вы крутые, — улыбнулся я.
— А еще у нас первыми русский и лит-ра, — сказала Гаечка. — Если замену не найдут, уроков не будет. Все болеют же.
— Хотя бы на карантин закрыли хоть на недельку! — взмолился Кабанов. — Так задолбало в семь утра вставать!
Ему школа надоела, а мне было в кайф снова тут оказаться, в кругу друзей, мир был уютным, маленьким, как и проблемы.
— Ждем Памфилова и Рама? — спросил я.
