Ольга Васильевна может рассказывать про войну. Вы только представьте, как это классно!
У директора загорелись глаза, он задумался, и чем дольше думал, тем больше его взгляд тускнел.
— Много сложностей. Нужна куча согласований…
— Сейчас? В смысле, в наше-то время, когда хоть, простите, мак на школьном дворе выращивай? У вас наверняка море знакомых, с которыми можно договориться.
И опять глаза директора загорелись, он аж помолодел.
— Я заработаю, и… Компьютерный класс! — воскликнул он. — В нашей школе будут лучшие компьютеры!
Ну да, чтобы получить профит, прежде надо поделиться.
Не подмазал кому надо, кто средства распределяет — нет у тебя в школе компьютеров.
— Подумайте, интересно ли вам такое, ответ нужно дать побыстрее, чтобы и человек в Москве готовился.
О том, что тот директор вообще не в курсе, нашему знать необязательно. Уверен, отец Лекса с радостью за это дело возьмется.
— Заманчивое предложение, но очень много нюансов.
— Подумайте, рассчитайте, — еще немного подтолкнул его я. — Я, значит, звоню в Москву, говорю, что этот вариант возможен?
— Конечно! — с готовностью кивнул дрэк.
Было видно, что его одолевают эмоции, но просто вскочить и заходить по кабинету туда-сюда было несолидно, поэтому он медленно поднялся, важно подошел к окну, так же важно вернулся к столу, и опять — к окну. А потом не возбужденно протарахтел, а со знанием дела произнес:
— Ты не представляешь, как важно для школы то, что ты делаешь…"
"Он осекся на полуслове, посмотрел с подозрением.
— Кстати, а зачем ты это делаешь? Какая твоя выгода?
— Она, безусловно, есть, — улыбнулся я.
— Мой друг-москвич сокрушался, что он не увидит моря в этом году. Теперь, надеюсь, увидит. Счастье близких — мое счастье. И хочется, чтобы моя школа была самой лучшей и самой современной, чтобы сюда с другого конца города ездили.
— Это ты, конечно, загнул, — сказал директор, но не без самодовольства.
— Я очень надеюсь, что все у вас получится. Нет, уверен, что все получится.
— Так, а что хочешь именно ты?
— Чтобы мои друзья жили бесплатно одну смену.
— Ха! И сколько тех друзей?
Боится, что их так много, что мероприятие не будет иметь смысл? Я принялся загибать пальцы:
— Тимофей. Наш бывший ученик Чумаков…
— Только не он! — вскинул руки директор, забыв о солидности.
— Вы его не узнаете, Геннадий Константинович! — уверил его я. — Он исправился. Итак, Чумаков второй. Олег, сын директора школы, с которым вы будете работать, третий, но это, по-моему, логично. И еще двое.
