Нет, не в стане простых ватажников, меж атаманами, да меж князем Иваном Хряжским, вдруг явившимся к реке в сопровождении хорошо вооруженной дружины и пушек. Пушками и начали беседу, потопив для начала с пару десятков малых судов.
– Сволочи! – при этом ругался Хряжский. – Казну не по-хорошему поделить надумали? Все себе забрать, да с честью вернуться? Врешь, не уйдешь! А ну-ка, парни, пали!
Бах!!!
Следующие выстрелы по большей части лишь подняли на воде брызги, никуда не попав – опомнившиеся ватажники живенько взялись за весла, отогнав суда на середину реки, где достать их ядрами было весьма сложно.
– От они, московиты-от! – ярились новгородские воеводы. – Знаем, знаем – московит, цто змея, кусаецца! Грят, атамана хлыновского убили. Ядром-от!
– Не, мужи, не ядром – стрелою.
– Знать, прицельно палили, падлы московские! Ужо им!
Разговор с соседней ладьи подхватили хлыновцы:
– Цто делать-то, робятушки, а? Драться, видать, надоть.
– Погодим покуда драться-от. Князя Егория призовем – пущай он рассудит, решит.
– Да! Князь Егор – его слово все перевесит! Как скажет – тако и будет. Ух, суки московские – долго они еще палить будут? Па! Може, ладейки-от дале увести, да-а?
– Да не надобно, московит с пушкой, что татарин с кружкой – по усам течет, в рот-от не попадает! А к князю, на подворье, гонцов слать надобно. Прямо щас, скоренько!
Отзвуки отдаленной канонады достигли предоставленного заозерцам подворья, поначалу вызвав лишь легкое недоумение.
Некоторые даже смотрели в небо – гроза громыхает, что ли? Да нет, небо чистым было.
– Все же поглядеть бы, там, в той стороне, наши стоят, – спустившись с галереи во двор, покусал ус Никита Кривонос Купи Веник. – Прошка, вели коня седлать, да дружина пущай собирается – съезжу, сам гляну, что там! Ой, не по нраву мне то громыханье, ой, не по нраву. Да! – вспомнив вдруг что-то важное, ватажник подозвал пробегавшего мимо десятника:
– Онисима-пушкаря покличь. Пущай пушки да зелье готовит – авось пригодятся.
В тот момент ворвался в ворота расхристанный, на взмыленном коне, всадник, в котором старый пират тут же признал хлыновца, сразу почуяв что-то недоброе.
– Ой, господине! – увидев Никиту, ватажник соскочил с коня. – Там, у плеса-от, цто творицца-то! Московит, князюшка Хряжский, пушечным боем бьет! Битва, битва вот-вот загорицца – нехристям на радость, на погибель нам.
– Та-ак! – нехорошо прищурился Кривонос.
