Босая, но с белою, правда, уже тронутой золотистым загаром кожей, вполне миленькая, лет, наверное, двадцати или где-то около этого – но как хохочет, как заливается! И это с самого раннего утра – солнце еще толком не встало – в гостевой зале деревенской харчевни, где, не чинясь, спали на постеленной соломе все постояльцы неблагородного звания – мелкие торговцы, приказчики, плотники, целой артелью явившиеся чинить мост.
И откуда взялась эта хохотушка? Местная наверняка.
– Ты что тут так хохочешь-то, кареглазая? – спросив, Вожников и сам улыбнулся, невольно заражаясь смехом.
– Хоть сказала бы!
– Да тараканы тут, глянь, – дева кивнула на храпящего в углу рыжебородого старика, у которого – прямо по бороде! – плотоядно шевеля усами, ползли два крупных коричневых таракана."
"– Это, если ты не знаешь, Касым из Каш-Кали, – несколько успокоившись, пояснила девушка. – Он тут всегда тараканьи бега устраивает, и вчера вечером тоже устраивал, потом собрал всех тараканом в ларец – а они вон, разбежались. Ой, ой, смотри, самый-то мелкий бежит, торопится… ой, мамочки, ой, не могу!
Незнакомка вновь зашлась хохотом, от которого проснулся и Федор, бросив на смешливую девушку весьма недовольный взгляд.
Впрочем, а чего уже спать-то? Солнце-то всходило уже.
– Меня, между прочим, Заирой зовут, – перестав наконец-то смеяться, хохотушка уселась на длинную, вдоль все залы, лавку и закинула ногу на ногу.
Длинная темная юбка ее задралась, открыв загорелые коленки, что девчонку, по-видимому, ничуть не смущало, а скорей забавляло – забавляла реакция на ее коленки посетителей, того же вот Егора или Федьки.
Вожников-то еще ничего, все ж таки бывший цивилизованный человек, и не такие еще юбчонки видал, а вот Федор – так тот от смущения аж носом зашмыгал да зарделся, как красная девица, что немедленно вызвало у Заиры новый приступ смеха.
– Ой, смотри-ка, какой стеснительный! Вы откуда такие приперлись?
– Откуда надо, – усаживаясь за стол – немного подкрепиться – не очень-то вежливо буркнул Федор. – Тебе что за дело?
– Так просто спросила, – хохотушка ничуть не обиделась, видать, привыкла тут ко всему.
– Тебя как зовут?
– Ну, Федор…
– А хозяина твоего как? – повернув голову, Заира с интересом посмотрела на Вожникова, примостившегося чуть поодаль с только что принесенной ушлым кабатчиком утренней кружкой пива.
– Откуда ты знаешь, что он мой хозяин? – изумился юноша.
Девушка махнула рукой:
– А видно! Ты на него нет-нет, да и посмотришь, будто одобрения или приказа ждешь.
