Темюр-хан, вдруг запрокинув голову, рассмеялся, громко и весело, даже руками всплеснул:
– Ну и дурень же ты у меня, Айдар! И что с того, что не похож? Кто этого стрелка запомнил-то? Кто сравнивать будет? Все! Вот мой друг князь Иван идет, вон и другие гости… Что стоишь, как дерево? Иди, скажи там, пусть приступают!
Нукер поклонился, скрестив на груди руки, и, выйдя во двор, направился к помосту, где уже суетилось с полдюжины человек: кто-то подкладывал в костер дрова, кто-то доливал воду, а кто-то расстилал на помосте красный персидский ковер – чтоб красиво было!
Действительно, было красиво.
Как непременно заметил бы Вожников – шоу организовали по высшему разряду. В присутствии великого хана и его высоких гостей втащили на помост смуглого испуганного мальчишку, начальник внутренней стражи громко прочел приговор, потом оглянулся. Хан чуть заметно кивнул, и начальник махнул своим людям рукой:
– Делайте!
Зарокотали барабаны. С застланного красным ковром помоста прямо в кипящий котел перекинули сходни.
Двое мускулистых, голых по пояс, нукеров в разноцветных, украшенных жемчугом тюрбанах сорвали с несчастного отрока одежду и, протащив по узеньким сходням швырнули в кипящий котел!"
"Бедолага даже не вскрикнул – сварился тотчас же. Зато тонкий крик послышался с галереи. Даже великий хан обернулся и, удовлетворенно мотнув головой, пригласил гостей ужинать. А что тут было еще смотреть-то?
После пира Темюр-хан велел привести к себе схваченного стрелка. Мальчишка уже не смеялся и не сверкал дико глазами – стоял молча, головою поник и лишь кусал губы.
– Я не знаю, кто ты, – отослав прочь слуг, тихо и вкрадчиво произнес Темюр-хан. – И не очень-то хочу знать, хотя и догадываюсь – не ты ли… не ты ли метнул кинжал в великого Булат-хана?
Хан произнес это просто так, ничего такого не думая, вот только что пришла мысль – и, заметив, как дернулся, скривив губы, пленник, понял – попал!!! Тем лучше!
Хмыкнув, властелин Орды с улыбкой продолжал свою речь:
– А еще я хочу, чтоб ты знал – того несчастного паренька казнили вместо тебя, дабы удовлетворить гнев мстительных урусов!
Подросток вскинул глаза:
– Почему ты не велел бросить в котел меня, хан?
– А зачем? – тихо рассмеялся хан.
– Казнить столь искусного, несмотря на юность, стрелка… и метателя кинжалов было бы не очень разумно. Ты вполне можешь мне пригодиться, а я – тебе. Не приходили в голову подобные мысли?
– Нет, – пленник ошарашенно мотнул головой.
