Командир наемников, старый кондотьер Франческо Аретузи, отнесся к новому солдату вполне благосклонно, посетовал, правда, что тот не знает хорошо генуэзскую речь.
– Ну, раз по-татарски и по-русски можешь – возьму, остальное – дело наживное. Каким воинским искусством владеешь?
Князь пожал плечами:
– Да всем! Сабельным боем, кистенем, копьем, ручницею…
– Ручницею? – хитро засмеявшись, капитан подозвал Онфимио. – А ну-ка, дай свой аркебуз… нет, сначала заряди, запали фитиль.
Синьор Аретузи обернулся и, подняв голову, посмотрел на верхушку минарета – все ж не давал ему покоя этот чертов полумесяц! С другой стороны, палить в него сейчас было бы вроде и незачем – дань местные жители заплатили сполна, даже еще больше, и дразнить их без причин капитан особого смысла не видел: вдруг да восстанут, не выдержав издевательств над своей верой? Тогда придется их всех перебить – а оно надо?
– Во-он ту веточку видите? – кондотьер показал на старый карагач, росший шагах в тридцати от мечети.
– Нижнюю.
– Сшибить, что ль?
Егор подкинул на руке аркебуз, примерился – ничего тут особенно трудным не представлялось.
Прицелился – так, примерно, мушки-то с целиком не было, так и расстояние невелико, да и мишень вполне конкретная. Проверив, есть ли на полке, подле курка с тлеющим фитилем, затравочный порох, плавно потянул спусковую скобу…
Бабах!!!
Дым! Грохот! Вонь.
Сбитая ветка, отлетев далеко прочь, упала в траву.
Капитан взглянул на стрелка с одобрением:
– Мо-ло-де-ец! Вижу, вы не из простых…
– Из детей боярских!
– Ого! Это значит, ммм… – синьор Аретузи прикрыл глаза, прикидывая положение новобранца в обществе.
– Чуть поменьше барона, но постарше рыцаря. Людьми командовать доводилось?
– А то! – вернув аркебуз хозяину, горделиво подбоченился молодой человек.
Капитан покивал и задумался:
– Вот что, уважаемый синьор Вож-ни-кофф, мне нужен десятник. Пойдете?
– С удовольствием, но… сами говорите – язык.
– Я ж сказал – русский и татарский. Пока. Но генуэзскую речь тоже придется выучить, и как можно быстрее.
Что вы так смотрите? – хитро прищурился кондотьер. – Исходя из вашего звания, я бы, может быть, назначил вас сразу сотником – но вы ведь не умеете командовать пикейным каре?
– Нет, – честно признался князь. – Не доводилось как-то.
– Вот видите! Поэтому пока – десяток. Поглядим, как у вас пойдет служба. И… – синьор Аретузи ухмыльнулся. – Не скажу, что под вашим командованием окажутся самые лучшие солдаты."
"Да уж! Солдаты и в самом деле оказались те еще.
