Двое рязанцев, один московит, трое татар, бранденбургский немец, грек и пара итальянцев откуда-то из-под Флоренции – тот еще сброд, никакому сержанту не пожелаешь. Начать с того, что они едва-едва друг друга-то понимали, а тут еще нести гарнизонную и караульную службу – слава богу, хоть в самой цитадели-крепости, а на городской стене, на южном ее участке, а, если сказать точнее – на приземистой и квадратной башне Святого Климента, выстроенной из похожего на мрамор известняка, добытого в городских каменоломнях.
Именно здесь и начал новообращенный кондотьер свою многотрудную службу, и начал с того, что первым делом выстроил весь свой десяток на небольшой каменистой площадочке перед башней.
Наемники, надо сказать, построились не очень-то охотно, да и стояли кое-как, вовсе не соблюдая никаких правил шеренги. Конечно же, Вожникову это не понравилось сразу, однако виду он покуда не показал, лишь попробовал, поелику возможно, пообщаться со своим воинством накоротке.
Осмотрел – ой, глаза бы не видели! – скомандовал:
– Кто знает русский – выйти из строя.
– Мы с Микитой ведаем, господине, – лениво заявил кругломордый русак.
– Я сказал – выйти из строя! – гаркнул князь. – Живо! Раз-два.
Два шага вперед сделали почти все, за исключением двух итальянцев и немца – совсем еще молодого голенастого парня с восторженными голубыми глазами и веснушчатым носом. Звали парня Генрих, Генрих Штрамер, и никакого другого языка, кроме своего бранденбургского диалекта, он, похоже, не знал, да и вообще, всем своим нескладным и слишком уж юным видом напоминал наивного деревенского пацана, собравшегося воровать соседские яблоки, на вояку был не похож совершенно, остальные наемники над ним откровенно посмеивались.
Ну да, парню, похоже, все равно было.
– Ну что ж, – оглядев «русскоговорящих», Егор потер руки. – В общем-то, я ждал худшего. Кру-гом! Раз-два. Теперь – кто знает татарский?
Опять же вышли все те же.
Ни смуглые до черноты итальянцы, больше напоминавшие цыган, ни – естественно – немец, даже не шевельнулись.
И как, спрашивается, такими командовать? Даже уставы учить не заставишь.
Что ж, успокоил сам себя князь, итальянский – генуэзский диалект – все равно самому учить придется, что же касаемо немца… там разберемся, пускай поначалу просто пример с других берет, делает все, как они.
