Затянув бочки наверх, северяне замялись, после чего большинство отправилось к саням, а трое мужиков, отделившись от прочих, старательно оправились, одергивая фуфайки и подтягивая пояса, раскатывая рукава и притоптывая коричневыми мохнатыми бахилами. Затем двинулись к Егору, остановились в трех шагах, торжественно поклонились:
– Не вели казнить, княже, вели слово молвить. Интересуется общество, даровал ли ты нам милость прошенную, принял ли мужей местных в рать свою, супротив схизматиков собравшуюся?
Судя по витиеватости слога, речь моряки готовили заранее.
И уже успели узнать, что он не просто ватажник, а самый настоящий князь… Хотя Василий Московский и придерживался прямо противоположного мнения.
Егор задумался. Расхрабрившиеся северяне, как ни крути, были людьми мирными. Промысловики, рыбаки, охотники. Привычки резать глотки без колебания не имели. Однако же понимал атаман и то, что хороший стимул сделает моряков куда более старательными работниками. Да и дел на войне даже мирным людям всегда хватает.
– Передайте обществу, в равных правах с прочими ватажниками идут, – решился он. – Но только на берегу и при сечах слушать меня, как отца родного! Любой приказ исполнять, как бы страшно это ни было!
– Не сумневайся, княже! – обрадовались мужики. – Мы к порядку привычные. Не подведем!
Они уже собирались вернуться к остальным, когда Егор спохватился:
– Стойте! Первое поручение у меня уже есть. Груз у меня особый с собой. Надобно его на то судно погрузить, на котором я со старшим кормчим пойду.
– Все сделаем, не беспокойся, княже, – заверил средний из мужиков, чернобородый и с бритой головой, кивнул соседу, такому же чернобородому, но с белой выцветшей кожей и глубоко сидящими узкими глазами: – Гагар, проследи.
Егор усмехнулся. Он почему-то думал, что Гагаром местный купец кличет большеухого и веснушчатого мальчишку лет семнадцати, с голубыми, как у Елены, глазами.
– Клим, с нами пошли! – махнул рукой мужчина. Бросив рогожу с курятиной обратно на сани, на призыв подбежал тот самый лопоухий паренек:
– Че звал, дядя Гагар?
– Пойдем, князь нам возок особый покажет.
Товар из него на Бычий коч перегрузить надобно.
– Надо – погрузим, – деловито подтянул штаны мальчишка.
– И ты тоже гарпун метать умеешь? – спросил его Егор, направляясь к собравшемуся под обрывистым склоном ближней сопки обозу.
– А как же! – стараясь говорить низким голосом, подтвердил паренек. – У нас, поморов, каждый мужчина сему искусству сызмальства обучен.
