Как оказалось, ватажники возмутились не все. Осип по прозвищу Собачий Хвост преспокойно сидел возле котла и старательно выскребал с его дна остатки каши. – Взять-то ты Булгар, может, и возьмешь, да только как оттуда выберешься? Реки замерзли, по воде не скрыться. Пеших же догонят да вырежут всех до последнего. Обоз с добычей и полоном ползет медленно. Конница тебя на второй же день перехватит. – Осип старательно облизал ложку и звучно постучал ею себе по лбу: – Хорошо, не ты у нас в атаманах, дурья твоя башка.
Угробил бы давно, и мяукнуть не успели.
– Что там зарежут, что здесь сгинем в безвестности, один бес пропадаем! Где мы, атаман? Куда ты нас завел?!
– Земли сии Гипербореей называются, – подошел на помощь атаману Михайло Острожец. – Родина колдунов сильнейших и богов греческих. Чудесны же они тем, что главный день и главная ночь в здешних местах по два месяца тянутся, а небо светится чудесным образом, как в других краях не бывает. Неделю нам еще идти надобно, чтобы до цели добраться.
Там и отдохнете.
Ватага снова загудела, но уже не так возмущенно. Перед людьми наконец-то появилась некая определенность.
– Скажи хоть, куда ведешь, атаман?! – выкрикнул из толпы крупноносый воин в рыжем лисьем малахае и с такой же огненной бородой.
Егор осмотрелся по сторонам, оглянулся на купца:
– Я так полагаю, тут проболтаться уже некому? До шведов гонца с предупреждением никто не пошлет?
Острожец только рассмеялся.
– Вот и я так думаю, – кивнул Егор и громко признался: – Упсалу мы идем брать, столицу шведскую! Как по-вашему, где серебра больше найдется, в городе стольном али в деревенской избе? Вот то-то и оно!
Это известие вызвало у путников взрыв бешеного восторга.
Недоверие разом смыло, словно набежавшей волной, некоторые ватажники стали обниматься, кто-то крикнул:
– Любо атаману! – и все остальные подхватили его клич: – Любо! Любо!
Только Черешня, пытаясь сохранить лицо, буркнул:
– Отродясь никто из Новгорода зимой на свенов не ходил…
– Ты сам-то понял, что сказал, Антип? – во весь голос переспросил его Егор.
– Раз никто зимой на них ранее не ходил, это значит, что и нынешней зимой они нас не ждут!
Поутру обоз бодро двинулся через льды. Узнав о лакомой цели, воины поспешили вперед так резво, словно отдыхали самую неделю, и постоянно понукали давно выдохшихся лошадей. Однако и те послушно ускоряли шаг: большая часть провизии и фуража уже успели переместиться в животы, и повозки заметно полегчали.
