Я буду жить для себя! Осталось развестись. Неделя — и я полностью свободна!
Глава 10
Глава 10
Руслан
Это очень странно. Я убрал телефон и снова постучал в детскую. Дочка плакала и отказывалась спускаться к ужину. Я пытался максимально облегчить расписание, чтобы проводить с ней больше времени, помочь подружиться с Алисой и адаптироваться к новой реальности. Сегодня что-то капитально пошло не так.
— Соня, — вошел в темную спальню, только лампа на письменном столе светила, разбавляя густой полумрак, — расскажи мне, что случилось?
Она лежала на кровати, отвернувшись к стене и спрятав голову под подушку.
— Нет, — буркнула. — Я буду спать. Уходи.
— Соня, поговори со мной…
— Я сказала нет! — повернулась, крикнула, затем снова залезла в раковину.
Я тяжело поднялся и пошел на выход. Если бы знал, что будет настолько трудно и сложно, что дочь замкнется и будет страдать, если бы… Что бы я сделал? Прогнал Алису, как только увидел на парковке? Не набросился бы на нее и не изменил бы Оле? Не стал бы скрывать от жены правду и устраивать тайные встречи с биологической матерью? Я и сам не знал.
Факт в том, что я сейчас не был счастлив. В моем доме не было легкости и покоя. Моя дочь страдала. Единственное, что получил — ежедневные оргазмы. Алиса даже усталого и больного поднимет и ублажит. Иногда казалось, что это единственная доступная ей форма общения. То что нас объединяло.
В столовой Алиса накрывала к ужину: суши, роллы, сашими из ресторана и тарелка покупных пельменей — это, видимо, для Сони.
— Ну что там? — поинтересовалась, присаживаясь на высокий стул, эффектно закидывая ногу на ногу.
— Что произошло здесь? Почему Соня подавлена? Оля приезжала?
Алиса расстроенно надула губы.
— Каюсь, это я позвонила твоей бывшей. Нужно что-то решать, поэтому попросила ее приехать. Может быть, дни их встреч определить, — очень рационально объясняла, прямо даже как-то не обычно для Алисы. — Но твоя Оля устроила скандал, кричала, что она мама Сони. Что я бросила дочь, — обиженно всхлипнула.
— Соня меня защитила. Сказала, что я ее мама. Ольга взбеленилась и ушла.
Я нахмурился. Это совершенно не вязалось с образом Оли. Но то, как говорила со мной по телефону, реакция на нее дочери…
— Рус, — накрыла мою руку своей, — оставь Соню. Ей нужно адаптироваться к новой реальности. Принять, что люди могут вести себя по-разному, — медленно и томно поглаживала мою ладонь. — Захочет, сама расскажет. Не лезь в душу.
Я только откинул голову, разминая шею.
