Стянул ворот у ее горла, привлек к себе.
— Что пришла, любимая?
— Нельзя?
Она встала на носочки. Запрокинула голову.
— Ты домой хочешь? – спросила, помолчав.
— Хочу.
— Из-за меня сюда поехал?
— Да.
— А я из-за тебя уеду.
— Это как? – усмехнулся.
— Ты знаешь.
Знаю.
Вчера увидел. Что ее взгляд изменился. Три года я с мыслями о ней просыпался – и вот она моя, а у меня странное чувство – страх, я потерять боюсь.
Руками она осторожно пробирается по моей рубашке, сама обнимает. Смотрит смущенно, но не отстраняется, лицом ко мне тянется.
Наклонился к приоткрытым губам и схватил ее под ягодицы, Алина подпрыгнула, ногами обвила мои бедра.
Шагнул по балкону, спиной вжал ее в стену. Ветер гуляет под рубашкой и в ушах шумит, швыряет в нас снег, я жадно целую податливые губы.
Она отвечает, кусается и тонкими руками сдавливает мою шею.
Она без трусиков.
— Хочешь меня? — спросил ей в губы. Не дожидаясь ответа, поставил ее на ноги, развернул за бедра, толкнул дверь и ввалился в зал.
До дома не дотерплю, до машины бы дойти.
Добрались до холла, остановились у гардеробной.
— Демьян, – послышался позади знакомый голос менеджера Вероники. — Можно тебя на секундочку.
Тяжело переступать через себя. Тяжело принимать важные решения. Марка Демьян убил, с папой что-то не то тоже, и я должна бы держаться подальше, но…
Я решила дать нам шанс.
Раз уж в омут, то с головой, нужно всего-то решиться. И я решилась.
А тут эта… как её? На бейдже имя – Вероника.
— Демьян. Можно тебя на секундочку?
Она одета прилично, не надувает губы и сиськи не выпячивает.
А взгляд кошачий. У меня опыта мало, а тот опыт, который самый важный, я не помню.
Но мы с Вероникой одного пола. Я тоже женщина, и нутром чую – у них было. И было не один раз. И не за ручку гуляли под дождем, под одним зонтиком.
У них был секс. И именно секс я вижу в глазах Вероники.
А еще знаю, что она не против повторить.
— Это важно, – нажала Вероника голосом.
Демьян нахмурился, отвел меня на парковку, открыл дверцу машины, и кивнул:
— Посиди пока, я скоро.
Дверца захлопнулась, раздался сигнал, и я осталась одна.
А Демьян возвращался к отелю.
К Веронике.
Меня одну оставил, в машине запер… как собаку! Как, мать ее, собаку!
— Не позволю так с собой обращаться, – попыталась открыть машину, но… не получилось! — Что за чертовщина?
Со стороны водителя то же самое – не открывается.
И правда запер. Сиди, Алина, и жди. Жди, пока я с бывшими общаюсь.
