Он откидывается на спинку сидения и кладет затылок на подголовник. Молчит, глядя в лобовое стекло.
Я же не могу сидеть и шевелиться. У меня тут же начинают трястись руки и колели, в горле пересыхает. Поэтому, вынув телефон из кармана, захожу в приложение и отменяю в такси.
– Почему ты не скажешь ему, где ты? – спрашивает, наконец.
– Не хочу, – отвечаю просто."
"Вижу боковым зрением, как он поворачивает голову и смотрит на меня. Кожа виска и щеки тут же начинает пылать. Желание потереть их рукой почти невыносимо.
– Почему не хочешь? Что он сделал?
– Ничего.
Я лучше язык себе откушу, чем расскажу, что Тёма привел в нашу спальню Никиту. Мне в его глазах и так до конца жизни теперь не отмыться.
– И поэтому ты сбежала и поменяла номер телефона?
– Перемен захотелось, – бормочу тихо.
Вздохнув, он включает фары и трогает машину.
– Эй! Куда?! Я на такси поеду!
Будто не слышит. Выезжает с парковки и, притормозив на выезде, ловко вливается в автомобильный поток.
– Говори адрес.
– Нет! Ты Артему расскажешь!
– Не расскажу.
Говори.
Глава 22
Филипп.
Грызет паршивое чувство, словно нарушаю собственные же принципы, но я все равно везу ее домой. Это лишнее, но оправдание находится без труда. Ночь, окраина города, да и поговорить нам надо.
Кристина сидит тихо, крутя в руках свой телефон. На меня почти не смотрит, но выводит из равновесия одним только своим присутствием.
На голове теплая серая шапка, светлые пряди волос обрамляют чистое лицо. Курносая, губы бантиком, а в глазах лед.
Неосознанно сжав пальцами руль, отворачиваюсь.
Это, бл*дь, просто физический интерес. Девчонка ассоциируется с острыми ощущениями. Ничего более.
Ну, и чувство ответственности. Я, как ни крути, являюсь невольной причиной ее теперешнего положения.
– Ты квартиру снимаешь?
– Да, – отвечает негромко, – у меня все нормально.
– Почему барменом не устроилась?
– Не взяли, – невозмутимо ведет плечом, – у меня ведь нет официального опыта работы.
– Тёмыч мог бы тебе и запись в трудовой сделать, и рекомендацию дать…
Сощуривает глаза и упрямо поджимает губы.
С характером. Неулыбчивая, необщительная, стреляет сарказмом, как дротиками, но я-то помню, какой она была тогда. И как реагировала на меня – тоже помню.
– И не пришлось бы с подносом бегать.
– Мне нравится.
– Кому ты пи*дишь?..
Останавливаюсь на очередном светофоре и, заметив, как она смотрит на меня, перехватываю ее взгляд.
По телу легкая электрическая волна пробегает. Как отголоски той ночи.
