— Спасибо, Матвей, — выдыхает Марьина, глядя на него с ещё большим энтузиазмом.
Акции Сопляка стремительно ползут вверх.
— Не за что. — Он отодвигает стул и встаёт. — Выйду покурить.
11
В отель мы возвращаемся пешком. Алёна без умолку трещит о своих впечатлениях от сегодняшних выступлений, Матвей шагает чуть поодаль и курит. Дуновение ночного ветра доносит до меня сигаретный дым, внезапно воскрешая в памяти террасу «Рауля» и звёздное небо. Запахи — настоящая машина времени. Я, как выясняется, и сама не против сейчас закурить.
Вино давно перестало сильно пьянить, а вот стакан пива определённо добавил легкомыслия настроению. Хочется даже остановиться где-нибудь и сфотографироваться. И не в замороженной позе, а изобразить что-нибудь дерзкое, вроде расставленных ног и задранных вверх рук. Наверное, так действует ветер. Испортив мне причёску, он сделал неважным то, как я выгляжу.
— Оставь мне сигарету, — прошу Матвея, когда мы оказываемся возле входа в отель. — Хочу немного постоять.
— Конечно, — отвечает он, опуская руку в задний карман брюк.
Извлекает оттуда пачку и смотрит на застывшую возле дверей Алёну. — Я тоже покурю. Спокойной тебе ночи.
Я забираю предложенную сигарету и гадаю, о чём Марьина сейчас подумала. Только слепая не заметит, что Сопляк уделяет мне слишком много внимания. Её присутствие совсем не прояснило ситуацию, как я предполагала, а даже напротив — запутало. Для чего ему замужний журавль вроде меня, когда есть такая соблазнительная и доступная синица?
— Давай прикурю.
Пламя зажигалки, вспыхнувшее перед глазами, подсвечивает его большой палец. Я не могу удержаться от разглядывания. Мне нужно получить доказательства, что Сопляк — это действительно сопляк. Увидеть рваную кутикулу, грязь под ногтями и прочее уродство, свойственное его возрасту. Макаю в пляшущий огонёк кончик «Мальборо» и, затянувшись, с разочарованием отступаю назад. Он будто в рекламе крема для рук приехал сниматься. Красивые у него пальцы. И к ногтям не придраться.
— Нравится Минск? — Он прикуривает свою сигарету и, переступив с ноги на ногу, смотрит на меня. — Ты ведь здесь не в первый раз?
— В третий. Люблю этот город. Он сильный духом.
— Подобное тянется к подобному.
Я приподнимаю брови.
— Это ты обо мне?
— О тебе, конечно.
— Ты совсем меня не знаешь.
— Вижу достаточно. — Матвей выпускает изо рта клубы густого белого дыма и начинает улыбается. — Забыла? Я же почти прорицатель.
Немного плывёт голова.
