Брат Лиама преследовал его полжизни. Он убегал от него в прямом и переносном смысле.
Его болезнь теперь имеет для меня больше смысла… Такой трагический несчастный случай и его окружение после этого?
Я даже не могу себе представить.
— Куда ты пошла?
— А? — Моя голова наклоняется к Лэнстону.
— Ты только что куда-то ушла. О чем ты думаешь?
Голова такая тяжелая, а в груди еще тяжелее.
— Сумасшедшем парне, который нас мучает.
Мои пальцы касаются кольца.
Я смотрю на дверь в кабинет Джерико. Лиам сейчас там, обсуждает свой отъезд из «Харлоу».
Одна неделя."
"Мы уезжаем. Мы с Лэнстоном переезжаем в Бостон, а Лиам остается в «Харлоу», чтобы держать Кросби здесь, пока его не поймают… или пока Лиам не позаботится о нем.
Это не убийство, говорю я себе.
Лиам не сказал прямо, что собирается его убить… но я думаю, что это подразумевается.
Я говорю себе это снова и снова. Кросби сделает нам больно, уже сделал. Он пытается убить нас… Лиам просто защищает нас от него.
— Я защищу тебя, Уинн.
— Лэнстон успокаивающе пожимает мою руку. — Всегда.
Я перевожу взгляд на камин и падаю на диван.
— А кто же тогда тебя защитит?
Он смеется, а я смотрю на него, подняв бровь.
— Разве это не очевидно? Лиам, конечно.
XXXVI
Уинн
Моя последняя консультация травмирующая. Все карты на столе.
— Можешь рассказать нам, что заставило тебя замкнуться в себе? Что причинило тебе боль?
Я смотрю на Джерико холодным взглядом. Доктор Престин сидит рядом, скрестив ноги.
— Я знаю. Но я хочу, чтобы ты сказала это и почувствовала, как слова выходят из твоих уст.
Признание того, что болит, очень важно, Уинн. Тем более, что твое время с нами подходит к концу.
Что заставило меня замкнуться в себе?
Справедливо ли показывать пальцем на кого-то? Справедливо это или нет, но для меня это реально.
— Слова.
— Слова причиняют тебе боль? Можете объяснить?
Доктор Престин давит на меня.
Его белые брови низко опущены. Глаза сосредоточены на блокноте, а не на людях в комнате.
Я нерешительно смотрю через круг на Лэнстона. Его карие глаза теплые и успокаивающие. Лиама сегодня здесь нет, и я даже рада этому.
— Слова, которые убедили меня умереть.
— А кто сказал эти слова? Что это были за слова? — как ни в чем не бывало спрашивает доктор Престин.
— Каждый, кто когда-либо утверждал, что любил меня. — Каждое слово застревает глубоко в горле, как нож. Предательство тех, кто должен был бы заботиться обо мне в самые темные времена.
