— А что с ней?
— То же самое, что и с Юрием Валентиновичем. Может быть, чуть менее угрожающее жизни. Подозрение на инфаркт.
— А хорошие новости какие?
— Их нет. Есть рабочие, — Уля, словно враз обессилев, без приглашения устроилась за столом для совещаний. — Мне нужно еще раз переговорить с вашим отцом.
Красивое лицо Миланы Балашовой искривилось. Кажется, ей само слово «отец» было неприятно.
— Это как раз легко устроить. Он скоро приедет. Они с Маратом поехали… кое с кем поговорить.
За спиной Ульяны открылась дверь.
Неужели уже Ватаев и Балашов-старший приехали? Но сил повернуться почему-то не было. А через несколько секунд красивая мужская рука поставила на стол перед Улей белоснежную чашку с кофе.
— Мне кажется, вам очень нужны кофе и хорошие новости.
— И конфетка, — пробормотала Ульяна.
— Сейчас будет конфетка.
Уля вяло подумала о том, что еще вчера она бы и представить не могла, что сам Артур Балашов, генеральный директор и собственник агрохолдинга «Балашовский», будет приносить ей кофе.
И чтобы рыбка золотая была у меня на посылках… Господи, какая чушь лезет в голову. А потом Ульяна словно очнулась.
Вскинула взгляд на Артура.
— У вас есть хорошие новости?
Артур Балашов улыбнулся, а ответила за него Милана.
— У Юрия состояние стабилизировалось. Врач сказал, что угрозы для жизни нет. И операции удалось избежать.
Уля выдохнула. Это и в самом деле хорошая новость. Она сделала глоток кофе.
— У меня тоже есть еще новости. Пока их не назовешь хорошими, но уж какие есть.
Завтра я встречаюсь с Захаром в СИЗО. И завтра же буду подавать по итогам разговора с вашим отцом обжалование на избрание меры пресечения.
— Я поеду с вами к Захару.
— Нет. Не надо. Не надо это все превращать в цирк.
Уля слушала себя, свой резкий отрывистый голос и тихонько удивлялась.
Глава 12
Это она? Это точно она говорит таким тоном с Миланой Балашовой? Приказным практически. Говорит, что и кому делать.
И с ней никто не спорит, что характерно.
Оба Балашовы молчат.
— Мне еще надо будет как-то сообщить Захару новости о Наталье Николаевне, — попыталась Ульяна как-то смягчить свои слова. — Или не стоит, пока он в СИЗО? Как считаете?
Милана молчала. Похоже, Улины слова ее задели. Ответил Артур.
— Я думаю, скрывать нельзя. Я уверен, Ульяна, вы сможете сообщить это как можно более мягко. Но Захар нас не поймет, если мы ему не скажем. Он всегда говорил, что правду скрывать нельзя.
