Но что мог поделать сморщенный старик, который был уже одной ногой в могиле?
У него не было ни дома, ни родных, все его друзья уже давным давно отошли в мир иной, так что ему только и осталось зарабатывать себе на пропитание, прислуживая[291.5] Тасянь-Цзюню, с чем этот дряхлый немногословный слуга довольно неплохо справлялся.
Именно из-за этой близости, когда Лю Гун снова увидел Тасянь-Цзюня, радость и печаль в его глазах была намного правдивее, чем наигранные эмоции всех прочих людей.
Тасянь-Цзюнь едва заметно шевельнул губами:
— Старина Лю.
"
"— Ваше величество, — Лю Гун распластался по земле в низком поклоне. — Ваше величество, наконец-то вы вернулись.
— Ты знаешь? — когда Тасянь-Цзюнь произнес эти слова, он и сам не осознавал, что сейчас выглядит как ребенок, который спешит поделиться радостью с кем-то из старших родственников. — Достопочтенный снова видел его.
Лю Гун остолбенел:
— Образцового наставника Чу?
— Да, видел его много раз. А еще этот достопочтенный восстановил духовное ядро и, как только будет закончено одно важное дело, этот достопочтенный сразу же сможет…
Вероятно, увидев отражение своего взволнованного лица в мутных глазах старика, он вдруг осекся и немного смущенно оглядел стоящих на коленях людей.
К счастью, никто не осмелился смеяться над ним.
Поджав губы, он снова принял подобающий величественный вид и, встряхнув рукавом, промолвил:
— Довольно. Хватит стоять на коленях. Вставайте и следуйте за достопочтенным во Дворец Ушань.
Возвращаясь в земли Сычуани на мече, всю дорогу он видел лишь заброшенные селенья, где из десяти домов девять были пусты.
В этом бренном мире осталось не так уж много живых людей, и он давно уже к этому привык. Однако, побывав в другом мире и своими глазами увидев постоянно находящийся в движении людской поток, он вновь вернулся в этот ад на земле и теперь чувствовал себя немного одиноким и подавленным.
Той же ночью он открыл кувшин выдержанного вина «Белые Цветы Груши» и распил его в одиночестве в пустом Дворце Ушань.
С тех пор как он получил духовное ядро образцового наставника Мо, его тело уже достаточно восстановилось, и теперь он мог делать множество вещей, доступных лишь живому человеку, например, пить алкоголь и есть. Но даже подвергшийся усовершенствованию труп оставался трупом, поэтому вкус на кончике его языка ощущался лишь на треть от того, что было доступно ему, когда он был живым человеком.
В любом случае, он был доволен и этим.
