Сколько бы он не сдерживался, в конце концов, остался все тем же Мо Вэйюем.
Это нельзя изменить. От этого невозможно сбежать.
Вот буквально только что, грубо вторгаясь в тело этого человека и слушая его мучительные стоны, он с головой погрузился в наслаждение. Однако стоило этой волне всепоглощающего удовольствия налететь на чувство вины, брызги разлетелись во все стороны.
Внезапно он и сам перестал четко различать, кто же он: Наступающий на бессмертных Император Тасянь-Цзюнь или образцовый наставник Мо, добрый человек или коварный злодей, верный спутник или вероломный предатель.
Лежа в постели с Чу Ваньнином, он погладил его по щеке и произнес те самые мерзкие слова, что уже говорил когда-то… наложница Чу?
Да, в прошлой жизни он совершил три непростительных вещи в отношении Чу Ваньнина. Во-первых — убил его, точнее использовал запретную технику, ставшую причиной его смерти, во-вторых – унизил его, заставив послушно исполнять все свои плотские желания.
В-третьих — женился на нем. Это значит, что он отнял у него его личность, запер его в ловушку на весь остаток жизни, получил исключительное право обладать им на земле и на небе, в жизни и смерти.
Пойдя на поводу у своих эгоистичных желаний, он взял этого гордого и принципиального уважаемого бессмертного и по всем людским законам сделал своей официальной наложницей.
И хотя очень немногие знали, как на самом деле выглядит принятая императором «наложница Чу», факт остается фактом, он, в самом деле, принудил его, спрятав лицо под красным покрывалом, на глазах у всех исполнить брачный ритуал и вступить с ним в брак, после чего снисходительно одарил его статусом второй супруги.
В то время, когда он сделал это, ему и самому было неясно, какой в этом смысл.
На самом деле, если он и правда хотел, чтобы Чу Ваньнин почувствовал себя несчастным, достаточно было во всеуслышание объявить всему миру о том, что он, Мо Вэйюй, взял в жены своего наставника. Пусть бы все узнали, что уважаемый Бессмертный Бэйдоу отныне человек, обслуживающий в постели Наступающего на бессмертных Императора.
Почему же он не сделал этого?
Наоборот, все то время он тщательно хранил и защищал эту тайну, так что долгое время даже его императрица Сун Цютун не знала, кем на самом деле была таинственная «наложница Чу». Движимый чувством мести, призвав в свидетели лишь Небо и Землю, он сам для себя разыграл весь этот спектакль без единого зрителя.
Однако, нужно признать, он смаковал каждое мгновение этого представления.
