Люди плотным кольцом окружили труп, который мог подняться в любую минуту.
За их спинами Сяо Мань не мог видеть, что происходило дальше, но очень скоро на его глазах из-под ног людей потекла кровь. Проливной дождь почти мгновенно размыл ее, превратив в бледно-розовые струйки воды."
"— В то время я был эгоистом и думал только о себе. Охваченный отчаянием и горем, я чувствовал лишь ненависть ко всем этим людям, поэтому я восстал против Линьаня и сам вызвался стать подручным Призрачного князя. Я хотел отомстить им.
Следуя за его повествованием, Мо Жань вновь увидел те сцены, что некогда уже потрясли его до глубины души.
Мать, пожирающую внутренности своего ребенка.
Жителей города, предающих своего героя.
Преклонив колени на грязных каменных ступенях перед городским храмом, сломленный Чу Сюнь, сгорбившись, горько рыдал.
Мо Жань видел, как не знающая жалости толпа ведет Чу Сюня в храм, чтобы наброситься на него, словно стервятники на падаль. Будто стая воронья, они окружили Чу Сюня и без колебаний пожертвовали его жизнью, лишь бы отсрочить собственную гибель, только бы выжить.
Он видел, как мертвый Чу Сюнь сам достал духовное ядро из своего сердца и отдал его тем немногим простым людям, что оплакивали его, велев им, не теряя времени, как можно скорее покинуть это место…
Сяо Мань тоже видел это.
— Впоследствии я отправился в Призрачное Царство. Живя в одиночестве, не счесть сколько раз я думал о трагедии молодого князя Чу, о сердце, что он отдал людям, и о том, что раньше… он был так добр к нам.
Каждый раз, думая об этом, я не мог найти себе места и обрести душевный покой. Чем дальше, тем сложнее мне становилось оправдать себя и избежать приговора, что вынесло мне собственное сердце.
Хуайцзуй замолк.
А когда вновь заговорил, в его голосе прозвучало истинное страдание:
— Я — предатель.
Мо Жань не мог сказать, что почувствовал в этот момент.
Иногда между добром и злом всего лишь одно мгновение — миг, за который человек может нанести удар ножом. После он, в самом деле, может очень раскаиваться в содеянном, но что с того?
Назад пути нет.
— Вскоре я узнал, что после смерти Чу Сюня, его душа поселилась в Призрачном Царстве. При жизни Чу Сюнь был хорошим человеком, так что, хотя на пути совершенствования духа ему не удалось достигнуть вершины и, освободившись от бренной оболочки, стать небожителем, он мог бы спокойно войти в круг перерождений и в будущей жизни наслаждаться богатством, славой и почетом. Однако он не пошел на это.
