Он не пытается выглядеть сильным и может плакать в голос, смеяться, быть мягким и уступчивым. Разве может руководитель крупнейшей духовной школы перед лицом чужих людей хлопать своими круглыми наивными глазами, демонстрируя собственное невежество и добродушный нрав? Если бы он со всеми общался так же, как со своими учениками, то Духовная школа Жуфэн была бы уничтожена значительно раньше…
Следовательно, до того, как ушел Сюй Шуанлинь, Ло Фэнхуа мог позволить себе быть тем самым мягким наставником.
После его ухода Ло Фэнхуа превратился в благородного мужа во главе Духовной школы Жуфэн, каким его и запечатлела в истории людская молва.
То же касается и Е Ванси, которая до мятежа Сюй Шуанлиня в глазах толпы была благородным господином Духовной школы Жуфэн."
"Позже, когда Сюй Шуанлинь показал истинное положение вещей и Духовная школа Жуфэн была разрушена, Е Ванси позволила себе проявить женскую мягкость, чтобы поддержать беспомощного и одинокого Наньгун Сы.
Из мягкого и уступчивого мужчины, он превратился в сильного духом героя, она же, наоборот, из мужественного и несгибаемого человека чести перевоплотилась в кроткую и ласковую боевую подругу.
Можно сказать, жизни этих двух людей поменялись местами.
Поскольку это герои второго плана, я не могу подробно расписывать каждый этап их становления, и, тем более, не буду детально описывать, как их воспринимают другие персонажи. У меня ведь так много второстепенных персонажей, что остается надеяться, что читатели сами заполнят белые пятна в их жизни, я же остановлюсь лишь на ключевых моментах, которые, как мне кажется, надо прояснить и расскажу, что я сама думаю, по этому поводу.
.. чешу ногу о ногу[230.2]...
Глава 231. Гора Цзяо. Противостояние в ордене целителей 18+
Предупреждение: 18+ графичное описание насилия и смерти, особенно осторожно читать людям с инсектофобией.
Но ранен был вовсе не Чу Ваньнин. Благодаря молниеносной реакции, в последний момент Мо Жань успел встать на пути человека в развевающемся темно-синем плаще, кинжал которого вонзился ему в плечо по самую серебряную рукоять, украшенную затейливым узором в виде змеиной кожи.
Одежда на раненом плече Мо Жаня мгновенно пропиталась кровью, но он не застонал, а лишь нахмурил брови и стиснул зубы.
Словно сокол, который, наконец, настиг хитрого зайца, он пронзил нападавшего взглядом, холодным и острым, как стальной клинок.
