– Ляг на мою постель, малышка, дай мне на тебя посмотреть, – говорит он, отстраняясь.
У меня между ног полыхает жаркое пламя, соски твердеют, превращаясь в маленькие камушки.
Встаю на цыпочки, тяну его голову к себе и приникаю к губам. Ройс целует меня в ответ с таким напором, что я едва способна его вынести.
Он такой необузданный и… настоящий. Идеально.
Я не могу поверить, что это я… мы. Он ко мне едва прикоснулся, а я вот-вот взорвусь. Я на грани вызывающего привыкание безумия, на грани плохих решений и испытаний, способных изменить жизнь.
Но я к этому готова.
Если со мной Ройс, я к этому более чем готова.
Отрываюсь от него, толкаю в грудь, чтобы освободить между нами немного пространства, и ложусь на кровать. Двигаюсь назад, пока не упираюсь в подушку, и замираю.
Я не съеживаюсь, не прикрываюсь.
Я лежу, обнажив перед ним свое тело и душу.
Ройс неотрывно смотрит мне в глаза, а потом выпрямляется во весь рост, стоя в торце огромной кровати.
Его глаза дюйм за дюймом ощупывают мое тело. Он стискивает челюсти, дойдя до моего лобка.
По мне бегут мурашки, и я вся покрываюсь гусиной кожей. Ройс снова поднимает глаза, и в его взгляде плещется… гордость обладания?
– Это моя постель, Динь-Динь. Моя комната, – хрипло произносит он. – И ты в ней смотришься чертовски хорошо.
– Хочешь знать, как я себя в ней чувствую?
Он кивает, и мышцы у него на руках напрягаются.
– Одиноко, – говорю я.
У него вырывается короткий смешок, а я улыбаюсь.
– Разденься для меня.
Он слегка откидывает голову.
– А ты чем займешься, пока я буду раздеваться?
– Чем захочешь.
Ройс стонет, его ладонь опускается на бугорок в джинсах и сжимает его, а взгляд опускается на самую ждущую часть моего тела.
Ему не приходится ничего говорить – я и так понимаю.
Слегка приподнимаю колено, несмелыми движением провожу ребром ладони вдоль груди, едва касаясь, чтобы предупредить тело о том, что его ждет, потом опускаю руку ниже.
Скольжу по животу, медленно обвожу пирсинги. Добравшись до вульвы, кончики моих пальцев замирают, а потом начинают легко двигаться вперед и назад.
Глаза Ройса темны, и когда я останавливаюсь, он поднимает гневный взгляд к моему лицу.
Я борюсь с улыбкой.
Не тратя времени, он расстегивает рубашку и стягивает с себя. Загорелая кожа с татуировками еще больше распаляет огонь внутри меня.
Нахожу пальцами клитор и надавливаю на него, вожу по нему круги, усиливая давление. Вид его обнаженной груди, рельефных мышц живота и татуировок творит чудеса.
