Глазам открывается довольно милая картина. Накрытый стол, застеленный клетчатой скатертью. Разношерстные старые стулья вокруг. И люди… Пара взрослых – должно быть, Иннина сестра с мужем, пожилая женщина – скорей всего, мать. Дети. Взрослый темноволосый парень… И еще один. Тот самый щенок, который пускает слюни на мою женщину.
Делаю шаг вперед, желая… Ну, не знаю. Застолбить свое, наверное. Вырвать Инну из загребущих рук пацана и…
– Ох, ты ж черт!
Едва не врезаюсь в крепкого мужичка с зажатыми в руках шампурами.
– Извините.
– Да ничего! Сосед? – мужик перекладывает шампуры в одну руку и, вытерев освободившуюся о штаны, тянет мне для пожатия. А я не знаю, как лучше представиться. Перевожу растерянный взгляд на Инну. Та тоже удивлена, но быстро берет себя в руки. Подходит к нам, оставляя нахмурившегося парня в стороне. Что сморишь? Выкуси. Хороша ягодка. Да не по твою душу.
– Привет, – кладет руку мне на пояс. Легонько приобнимет. Что, наверное, можно расценить как довольно невинный жест. Или же… это подсказка? Черте что.
На закате пятого десятка жизни я понятия не имею, как себя вести в подобной ситуации! Разозлившись сам на себя, обнимаю Инну в ответ и, чтобы уж точно расставить все точки над i, целую в губы.
– Привет.
На нас смотрят все присутствующие. Плевать. Этого я и добивался.
– Пап, это Иван Савельевич, мой начальник и…
– Да вижу-вижу, какой начальник, – смеется в усы мужик. – Зови начальника к столу!
Инна нерешительно кусает губы. Бросает на меня робкий взгляд из-под ресниц:
– Ты, наверное, не сможешь остаться?
Оглядываюсь по сторонам.
Черт… Это сложно. Никогда раньше мне не приходилось делать ничего подобного, но если я хочу быть рядом с Инной, рано или поздно мне придется впустить в свою жизнь и ее близких.
– Не надейся, – шепчу ей на ушко. – Я ни за что не пропущу такое веселье.
Её глаза потрясенно расширяются. Несколько долгих секунд мы стоим, сплетаясь взглядами под прицелом чужих. А потом она, обмякнув, с тихим всхлипом, который я один слышу, утыкается носом мне в шею.
И я понимаю, что все сделал правильно. Наконец, правильно. Да. Вот бы еще она не дрожала в моих руках так сильно… Это ж заразно. Черт."
"Наконец, мы кое-как отлепляемся друг от друга, и дальше все идет несколько легче. Родители Инны – хорошие люди. Света – наверняка тоже хорошая, но, видимо, зная, сколько крови я попил её сестре, со мной она себя ведет достаточно холодно.
А вот кто принимает меня безоговорочно – так это Леська.
