Работая в замке, слуги получали жалование сопоставимое с жалованием сквайра – дворянина первой ступени низшего дворянства. И это не меньше того, что получали люди в поместье герцога Феранийского. А его земли одни из самых богатых в нашем королевстве. И я как хозяйка этих земель в первую очередь заботилась о том, чтобы мои подданные не бедствовали. Потому что богатство лорда начинается с богатства его подданных, и единственный смысл существования дворянства – забота о людях. Это не значит, что мы должны дуть им на ранку, когда они поранятся.
Это значит, что мы должны сделать так, чтобы они не поранились. А если поранились, то имели в доступности хороших лекарей, качественные лекарства, сытную еду и теплый дом. От простолюдин же требуется только одно – подчиняться! И если с подчинением начинаются проблемы – это очень серьезное дело.
После моей речи в зале наступила гробовая тишина. Моя грудь тяжело вздымалась, выдавая степень гнева наряду с жестокими словами. Но и это еще не конец.
– Ты! – обратилась я к одной из служанок.
– Иди и приведи сюда Елену. Остальные идут убирать чердак и готовить нормальную еду.
– Но, госпожа... Поздно же... – растерянно стали переглядываться слуги, испытывая мое терпение и остатки контроля над магией.
– Этой ночью спать не ляжет никто! – зло воскликнула я, а в зал ворвался ветер, всколыхнув пламя свечей. – Вы этого не заслужили! Немедленно приступайте к работе! Кергал, Бин остается со мной, а остальной отряд отправляется ремонтировать крышу. Она протекает, что неприемлемо.
– Госпожа, но ведь дождь... – робко произнес глава стражи, растерянно глядя, как от его отряда отделяется Бин и встает за моей спиной.
– Что ж... Постарайтесь не упасть. – холодно ответила я. Несмотря на то что вела я себя, как подобает госпоже, внутри меня клубилась детская обида. Это разочарование. Я думала, что все здесь такие хорошие, добрые, не то что в герцогстве, но реальность догнала мои фантазии и больно стукнула по голове.
Понуро опустив головы, слуги и стража стали расходиться.
Тихо перешептываясь, они не смели повышать голоса, но их речи меня сейчас мало волновали. Нея, стоявшая все это время позади всех и молчавшая, опасливо подошла ко мне и настороженно замерла.
– Ваша Светлость, у нас на чердаке правда кто-то живет? – осторожно спросила она.
– Я бы сказала выживает. – поджала я губы, бросая взгляд за окно. Дождь на улице шел уже не такой сильный, но моросил премерзко. – Нея, за время работы у меня ты хорошо себя показала.
