Я была так благодарна ему, что не могла понять, то ли это была благодарность, то ли любовь.
— Вы это говорите серьезно?
— Я буду с вами сердцем и душой, — ответил он. — Никто не сможет отвезти вас туда помимо вашей воли.
— Саймон, но события развертываются так, что я все больше тревожусь. — Я иду навстречу опасности, как вы сказали. Но я боюсь! Я думала, будет лучше, если я притворюсь, что мне не страшно, но это не очень-то помогает… С тех самых пор, как я впервые увидела монаха, моя жизнь изменилась. Я теперь — другой человек… Я напугана.
Я только и жду, что еще случится со мной. Из-за этого я стала нервной… Я другая, Саймон, другая!
— Так чувствовал бы себя любой на вашем месте. В этом нет ничего странного.
— Саймон, вы ведь не верите в привидения? Если человек говорит, что он видел привидение, то он либо врет, либо вообразил, будто что-то увидел.
— Я о вас так не думаю.
— Тогда остается только признать, что в монашеской рясе был реальный человек.
— Вот с этим я согласен.
— Тогда я вам расскажу все.
Ничего не утаивая.
И я рассказала ему о привидении, которое я видела в монастыре, когда со мной была Дамарис, и как она заявила, что там ничего не было. Мне кажется, это было самое ужасное. Вот тут даже я сама начала в себе сомневаться.
— Надо думать, Дамарис была в курсе происходящего. Она участвует в заговоре.
— Я уверена, что Люк хочет жениться на ней, но хочет ли она выйти за него?
— Она, возможно, хочет получить Ревелз, — сказал Саймон. — А единственный способ достичь этого — когда поместье будет принадлежать Люку.
— Вот-вот, вы уже помогли мне… Вы мне очень помогли разобраться.
— Я этого хочу больше всего на свете.
— Как мне благодарить вас?
Он обнял меня одной рукой, привлек к себе и легонько поцеловал в щеку. Я успела почувствовать прикосновение его прохладного лица в течение нескольких секунд и потом меня окутало удивительное тепло.
— Как странно, что я ищу поддержки именно у вас.
— Ничего странного. Мы одного поля ягоды.
— Ах да, вас привлекает мой здравый смысл.
Вы же считали, что я так обдуманно вышла замуж за Габриела… вернее, за его владения.
— Значит, вы еще помните?
— Такое быстро не забывается. Вы, наверное, даже не стали бы обвинять того, кто хочет свести меня с ума… если б это у него получилось.
— Я бы свернул ему шею… если бы смог найти его.
— Значит, ваше отношение ко мне изменилось?
— Ни капельки. Вы нравились мне не за то, что, как я полагал, вы вышли за Габриела из-за выгоды.
