Поверьте мне: то, что ваша мать, Кэтрин Кордер, уже семнадцать лет находится в Уорстуисл— это правда. Вы должны поверить мне, ведь вы сами понимаете, что я не стал бы рассказывать вам об этом, если бы не был до конца уверен. Но вы не верите, что могли унаследовать от нее хоть толику ее безумия? Вот это-то нам и поможет. Мы справимся.
Я посмотрела ему прямо в лицо и твердо сказала:
— Меня ничто не сможет убедить, что мне померещились все эти события, которые произошли со мной после моего приезда в Ревелз.
Он кивнул.
— Ну хорошо, моя дорогая, — сказал он, — тогда необходимо узнать, кто же стоит за всем этим? Вы кого-нибудь подозреваете?
— Я узнала, что на празднике, который был пять лет назад, у нескольких людей была монашеская одежда. У Люка и у Саймона Редверза, например. А оба они косвенные наследники Ревелз.
Он кивнул.
— Если кто-то действительно старается преднамеренно причинить вам вред… — пробормотал он.
— Ну конечно, старается! — горячо воскликнула я.
— Кэтрин, вас измучили все эти переживания! Мне бы хотелось, чтобы вы пошли домой и отдохнули.
Я почувствовала, что действительно устала, и сказала:
— Да, я хотела бы сейчас оказаться дома, в своей комнате… одной, чтобы отдохнуть и подумать обо всем.
— Я бы отвез вас, но меня ждет еще один пациент.
— Я не хочу, чтобы знали о том, что я была у вас. Я хочу пройтись до дома пешком и войти… как будто ничего необычного не произошло.
— И вы ничего не расскажете им обо всем этом?
— Пока — нет. Я хочу подумать.
— Вы очень мужественны, Кэтрин.
— Хотела бы я быть умнее!
— Вы и так умница. Я хочу попросить вас об одолжении. Вы не против?
— А в чем дело?
— Вы позволите Дамарис проводить вас домой?
— В этом нет необходимости.
— Но вы же обещали прислушиваться к моим советам, а эта новость о вашей матери — для вас такой удар! Пожалуйста, Кэтрин, сделайте, как я говорю.
— Ну хорошо, если Дамарис не возражает…"
"— Конечно, нет, она будет очень рада. Подождите здесь, я схожу за ней. И еще я хочу налить вам капельку бренди. Пожалуйста, не возражайте.
Это пойдет вам на пользу.
Он сходил в свой кабинет и принес две рюмки. Одну он наполнил наполовину и подал ее мне. Вторую он налил для себя.
Он поднял рюмку и улыбнулся мне, глядя поверх ее.
— Кэтрин, — сказал он, — вы сумеете пройти через все это. Доверьтесь мне. Если вы узнаете что-то, что кажется вам важным, рассказывайте мне. Теперь вы знаете, как я хочу помочь вам!
— Благодарю вас. Но я не могу выпить все это.
— Ничего. Вы немного выпили.
