Он-то знал, как все было на самом деле. А что шумят — так, значит, помнят, а это уже неплохо.
Грянули события октября 1993 года. Сын Владимир, бывший сотрудник МВД, находился среди защитников парламента, был контужен, едва не погиб и эмоционально восклицал перед старым генералом:
— Еще ничего не кончено! Мы еще им устроим!
— Ну что ты кипятишься? — грустно произнес Ясный.
— Народ за вами не пошел. Вы ему чужие.
На него снизошло какое-то вселенское спокойствие. С высоты своих лет он понимал, что исторические процессы не остановить. Да, дело его жизни попрано. Но жили они не зря. Такие жертвы и труды никогда не проходят даром. Его поколение создало базу, на основе которой Россия выживет. Она не может не выжить.
Пусть сейчас самая тьма ночи. Но ведь за ночью всегда приходит рассвет.
Обычно днем он надиктовывал свои воспоминания внуку, ставшему криминальным репортером. Феноменальная память не подводила — хранила имена, даты. Рассказывал о том, какая трудная и неблагодарная работа оперативника, не предполагая, что внуку предстоит почти двадцать лет проработать в уголовном розыске и на своей шкуре ощутить справедливость этих слов.
А по вечерам, подойдя к окну и глядя на стоящие вдоль проспекта Мира крепостными стенами ряды ларьков, нездоровую мишуру ночной Москвы, стриптиз-бар «Белый медведь» напротив, вздыхал. И садился за письменный стол.
Он доставал тетради. И продолжал писать роман, над которым работал много лет.
И вновь уносился сознанием в те далекие годы, когда входил в кишлаки, выбивая оттуда бандитов, когда агитировал дехкан за земельную и водную реформы. Когда был молод и знал, что впереди у него вся жизнь. Счастливое будущее, связанное со счастливым будущим всей его любимой страны."
