Напротив, перед её внутренним взором продолжала стоять ужасающая картина в саду, где остались лежать два трупа.
И медленно, но верно к Еве пришло осознание.
Впервые в жизни за неё заступились.
Ни разу, никогда, никто за неё не заступался. Ни родители, которые были слабы морально, ни друзья, которые разбежались кто куда, когда стало известно, что она обладает ведьмовским даром и что ей заинтересовался монстр.
Заступился вампир.
Незнакомый и властный. Которого она, как ей думалось, возненавидела с первого взгляда.
Ева приглушенно застонала и уперла руки в грудь мужчины.
Тот сразу же отстранился и насмешливо спросил:
— Лучше?
Ева отступила несколько шагов назад и негромко ответила:
— Да. Спасибо.
— Истерику устраивать не будешь?
Ева покачала головой.
— Нет.
— Выпьешь?
Она снова покачала головой.
— Не хочу.
— Как хочешь, а я выпью.
Сохраняя видимую беспечность, Игорь матерился про себя. Вид несчастной Евы поверг его в ярость. Неужели и ему придется на себе испытать силу предсказания? Бред! Если ему когда и придется выбрать спутницу жизни, то она явно не будет ведьмочкой!"
"Проклятье! У него возникало желание защитить и уберечь Елену, но оно проявлялось не столь ярко.
И он знал — у неё лучшие телохранители.
А Ева?….У девчонки, кажется, никого нет.
И отдавать её монстру он не желал.
Наливая себе бренди, Игорь говорил, что его нарастающее желание защитить Еву связано с тем, что он ещё не получил её тело. Вот получит и тогда…. Тогда что? Самолично передаст человеку, который пленил её? Бред.
Сандровский и после расторжения отношений привык заботиться о своих женщинах. По крайней мере, в помощи никогда не отказывал.
Но она ведьмочка….Треклятая колдунья! И у неё идут месячные….
Разом выпив стакан бренди, Игорь обернулся к девушке и скрестил руки на груди.
— Скажешь, кто твой знакомый? — его голос прозвучал резче, чем он хотел.
Ева вздрогнула и кивнула.
— Да. Его зовут Владимир Изов.
— Изов? — переспросил Игорь и нахмурился. — Мне это имя ничего не говорит. Он древний вампир? Сколько ему столетий? Ты знаешь? Можешь мне ответить на этот вопрос?
Ева снова медленно кивнула.
— Он…не стеснялся меня. И иногда я присутствовала при его…деловых переговорах. Я знаю немного, а по возрасту… Он упоминал, что ему три столетия.
— Три столетия, говоришь? За эти годы мы, по любому, где-нибудь да пересекались. Но я его не помню. Странно.
— В чем заключается странность?
Еве, наконец, удалось взять себя в руки, и теперь она смотрела на Сандровского иначе.
