– Я уже ничем ей не обязан! Почему я должен теперь отвечать за то, что сделала она? Совсем мне не улыбается познакомиться с тем, как выглядит тюрьма изнутри! А ей, как ни крути, уже все равно – мертвым вообще по барабану наши земные проблемы, вот так-то!»
Решение созвать пресс-конференцию далось Николаю нелегко. И не стал бы он делать этого, если бы не «дружеский совет» начальника милиции Грищука. Именно он подъехал как-то в офис футбольного клуба и объявил, что по факту нарушений на днях начнется масштабная проверка деятельности руководства футбольной команды.
И Николаю Дмитриевичу, как президенту, придется давать ответы на многие вопросы уже в прокуратуре. Николай сперва вспылил: он прекрасно знал, что в бухгалтерии все в порядке, строительные работы на всех объектах тоже завершены, расчет с рабочими произведен без задержек и обмана, да и вообще дела в команде идут хорошо. Разве что с покупкой игроков есть небольшие «ситуации», как называл это главный тренер, но никаких документов, подтверждающих махинации, ни одна проверка не отыщет, потому что лежат они в сейфе одного надежного заграничного банка.
Однако спокойный, неторопливый Грищук, попивая кофе, разъяснил, что деятельность нынешнего руководства никого не интересует, а вот фигура прошлого президента и все, что с ней связано, неожиданно привлекла внимание кого-то «сверху».
– Да она мертва уже почти два года! – недоуменно протянул Николай. – Что же – ворошить то, что происходило раньше? С мертвой какой спрос?
– А при чем тут Марина Викторовна? Спрос с вас будет, Николай Дмитриевич, – также спокойно проговорил Грищук, принимая из рук секретарши новую чашку кофе.
– С меня?!
– А как вы думали? Вы ее племянник, следовательно, были в курсе.
– В курсе – чего?! – Николай выскочил из-за стола и заметался по кабинету. Располневший не по годам, всклокоченный и заметно перепуганный словами подполковника, он выглядел довольно странно.
Грищук наблюдал за ним с оттенком презрения: надо же, а говорят, у родственников много общего. Например, у этого рыхлого обеспокоенного мужчины с волевой, жесткой и умной Наковальней? Та не бегала бы тут как курица, она сразу начала бы прокручивать комбинации, вышла бы сухой из воды, как пить дать.
А этот, скорее всего, начнет сейчас метаться и в конце концов утопит память своей знаменитой тетушки в такой выгребной яме, что и подумать противно. Грищук неплохо разбирался в людях и видел, что у Коваля-младшего просто не хватит ума и характера повернуть ситуацию в свою пользу.
