Она была странно тиха и неподвижна под ним, единственным звуком было неровное дыхание, срывающиеся с ее губ.
Еще дюйм, и словно на дюйм стал ближе к небесам.
– О, Пенелопа, - простонал он, руками удерживая себя на весу над ней, чтобы ей не было тяжело.
– Пожалуйста, скажи, что тебе хорошо. Пожалуйста.
Потому что, если бы она сказала что-нибудь другое, его просто убьет сама мысль о том, что ему придется выйти из нее.
Она кивнула, и пробормотала.
– Мне нужно немного привыкнуть.
Он сглотнул, его дыхание вырывалось через его нос, в коротких взрывах.
Это был единственный способ, которым он мог сосредоточиться и сдерживать себя. Ей необходимо было успокоиться, лежа под ним, позволить ее мускулам расслабиться. Но она никогда прежде не принимала мужчину в себя, и поэтому она была так сильно напряжена."
"В то же самое время, он с трудом мог ждать до тех пор, пока у них будет шанс сделать это таким образом, что ему не придется сдерживать себя.
Когда он почувствовал, что она немного расслабилась под ним, он протолкнулся дальше, до тех пор, пока не уперся в бесспорное доказательство ее невинности.
– О, Боже, - простонал он. - Сейчас будет немного больно. Я не могу тебе ничем помочь, но обещаю, что будет лишь в этот первый раз, и больше не повторится никогда.
– Откуда ты знаешь? - спросила она его.
Он в муках прикрыл глаза. Нужно заставить Пенелопу довериться ему.
– Доверься мне, - сказал он, уклоняясь от вопроса.
А затем он сделал резкий толчок вперед, почувствовав себя саблей, которая входит в свои ножны, он почти сразу полностью погрузился в ее теплую глубину.
– Ох! - простонала она, ее лицо показывало сильное потрясение.
– С тобой все в порядке?
Она кивнула.
– Я думаю, да.
Он чуть- чуть двинулся. -Так хорошо?
Она снова кивнула, на ее лице было написано удивление, даже можно сказать ошеломление.
Бедра Колина начали двигаться помимо его собственной воли, неспособные оставаться неподвижными, когда он так близок к кульминации.
Она была совершенством, и когда он понял, что ее стон показывал ее желание, а вовсе не боль, он позволил себе нормально двигаться и отдаться на волю подавляющего желания, которое бурлило в его крови.
Она страстно извивалась под ним, и он молился, чтобы он смог протянуть до ее кульминации. Ее дыхание было частое и горячее, ее пальцы неустанно нажимали на его плечи, ее бедра извивались под ним, доводя его до безумия.
А затем это случилось.
