Он был известен своей красивой внешностью, что не было удивительным - все мужчины Бриджертон были известны своей красивой внешностью"
"Он был известен своей неповторимой улыбкой, от которой таяли сердца всех женщин в танцевальном зале, и которая даже однажды заставила одну молодую леди буквально замертво упасть в обморок, по крайней мере, она сначала изящно упала в обморок, затем стукнулась головой об стол, отчего и замертво свалилась в вышеупомянутый обморок.
Он был известен своим неотразимым очарованием, способный легко расположить к себе любого человека своей мягкой улыбкой и забавным высказыванием.
Чем он не был известен, и фактически многие люди могли поклясться, что он не обладал, так это взрывным характером.
И, фактически, из-за его замечательного (и прежде практически не используемого) самоконтроля, никто не получил даже малейшего проблеска об этом его характере сегодняшним вечером, хотя его будущая жена скорей всего проснется на следующий день с большим синяком на руке.
– Колин, - задыхаясь, пробормотала она, смотря на то, как он сжимает ее руку.
Но он просто не мог отпустить ее. Он знал, что причиняет ей сильную боль, он знал, что это было ужасно нехорошо, что он ей причиняет боль. Но он был так чертовски разъярен в тот момент, что он мог либо сжимать ее руку, либо потерять над собой контроль, и попросту взорваться перед пятью сотнями самых близких и дорогих его знакомых.
В целом, подумал он, он сделал правильный выбор.
Он собирался прибить ее. Как только он отыщет способ, как вытащить ее из этого переполненного зала, он был абсолютно уверен, что прибьет ее.
Они пришли к соглашению, что леди Уислдаун должна остаться в прошлом, и что пусть ложь Крессиды останется на поверхности. Этого не должно было случиться.
Она просто стихийное бедствие.
Погублена.
– Это невероятно! - воскликнула Элоиза, поймав листок в воздухе.
– Абсолютно сногсшибательно. Я готова поспорить, она вернулась, чтобы отпраздновать вашу помолвку.
– Это просто чудесно, разве не так? - медленно растягивая слова, проговорил Колин.
Пенелопа ничего не сказала, она выглядела очень, очень бледной.
– О, Небеса!
Колин резко повернулся к сестре, рот у нее был широко открыт от изумления, поскольку в этот момент она читала листок.
– Поймайте и мне один листок, Бриджертон, живо! - приказала леди Данбери, стукнув его по ноге своей тростью.
– Не могу поверить, что она выпустила свою колонку в эту субботу. Должно быть довольно неплохо.
