— Она беспартийная! — вдруг крикнула Слепцова, но инспектор успокоил:
— Это дело поправимое…
— Что тут рассусоливать, товарищ Оришко? — не унимался Федя. — Ставьте вопрос на голосование!
— А что вы, Августина Тихоновна, по этому поводу думаете? — обратился к ней инспектор и уставился на нее с интересом. Как на подопытного кролика.
Августина поднялась:"
"— Я считаю, что таким большим и серьезным заведением, как наше, должен руководить мужчина. Для женщины это тяжело.
После того как она высказалась и села, инспектор погасил выплывшую было налицо улыбку и обвел глазами зал библиотеки, где они все сидели.
— Что ж, — согласился он, — это мудро. Вот теперь я вижу, Августина Тихоновна, что коллеги ваши объективно вас охарактеризовали.
— Темнит он что-то, — шепнул ей на ухо библиотекарь Слава.
— Думаю, настало время, коллеги, раскрыть, как говорится, мои карты.
Все несколько напряглись и с интересом воззрились на инспектора.
Тот достал из нагрудного кармана бумагу, встряхнул ее и передал Слепцовой.
Та приняла документ дрожащими руками. Бледнея, стала читать.
— Зачем же шутить… так? — только и сумела она выговорить, когда наконец ознакомилась.
Физкультурник принял из рук исполняющей обязанности директора выпавший документ.
— Товарищи коллеги! Да у нас новый директор! — воскликнул Федя и передал бумагу по ряду.
Капитан Флинт слегка поклонился одним скупым кивком и добавил:
— Прошу любить и жаловать.
По кабинету прокатился вздох. Все были ошарашены. Августина, не читая, передала соседу приказ РОНО, который наделал столько шума.
Итак, у них новая метла. Да с таким подходом! Все разузнал, разнюхал, а потом и огорошил всех. Любитель трюков. Фокусник. Чего от такого ждать? Верно уж, с новым директором надо держать ухо востро.
В эту минуту она вспомнила испорченную накануне фотографию. Стало грустно.
За окном принялась куролесить поземка, замело. Ветер расшалился, и стало ясно, что к ночи разыграется метель. Как долго теперь ждать весны…
Грусть, коснувшись сердца воспитательницы Августины, побрела по коридорам спящего замка и не нашла ничего лучшего, как заглянуть в спальню старших девочек, да и обнять одну из них — ту, что сегодня ну никак не могла уснуть! Варя Коммунарова не умела находить источник внезапно нахлынувшей грусти — лежала, завернувшись в колючее одеяло, и слушала завывания ветра.
Впрочем, источник мог быть любым — ссора с ребятами, грубость учителя или воспитателя, несправедливость.
