Сонечка любила такие морозные зимние дни, в которые приятно зайти в протопленный дом, отряхнуть веником снег с валенок и ждать, когда тепло окутает тебя, заставит гореть щеки… Когда на окнах тяжелые синие узоры и по вечерам их подкрашивает розовым, так приятно сидеть с подружкой у теплой печки и шептаться о любви!
Сонечка отряхнула снег с валенок и толкнула дверь в сени. Привычный запах дома — смесь ладана, воска и свежей сдобы встретил ее на пороге. Но сегодня в этот запах вмешивалось что-то еще, и Сонечка не сразу поняла — что?
— Идем ко мне, — шепотом позвала Маша и повела подругу мимо прикрытой занавесками двери горницы в свою комнатку.
— Мама только что уснула. Всю ночь не спала, расстроилась вчера.
Тут только Сонечка догадалась — пахнет лекарством — сердечными каплями.
— Из-за Алексея? Так и нет письма?
Маша закрыла за собой дверь и подошла к столу, на котором лежали собранные для посылки вещи.
— Нет писем от Алешки. Но мы ждем, и я уверена была…
— Такое бывает! — горячо поддержала Сонечка.
— Возможно, ранен, в госпитале, или же письмо затерялось…
— Мы тоже так думали до вчерашнего дня. Но вчера мы получили бумагу… официальную бумагу, Софи. Алексей считается пропавшим без вести.
— О Боже!"
"Соня порывисто обняла подругу и с готовностью всплакнула вместе с той, но втайне облегченно вздохнула: не Владимир! И горе, совершенно искреннее горе, перевитое с тайной радостью, неприятно разлилось в душе.
— Он найдется, Мари. Будем молиться. Помнишь, как мы маленькие были и молились перед экзаменом?
— Да, да, мы все молимся, но ведь испытания… Если это нам испытания, Софи? Боюсь, мама не выдержит.
Трое сейчас там.
— От Владимира… было письмо?
Сонечка вновь втайне порадовалась, что разговор так удачно перешел на Владимира. Она уже забыла то злополучное расставание и теперь вновь искренне верила, что новая встреча неизбежно и счастливо соединит их.
— От Володи… да. Хочешь прочесть?
— Конечно! Вот… я ему связала. Посмотри, ничего?
— Думаю, он будет доволен.
Соня с жадностью принялась читать.
Володя писал о войне бодро, легким слогом. Он описывал походный марш, которым полк его переправлялся из одного пункта в другой.
Впереди на конях: командир полка, штабные офицеры, старший врач. За ними — наша команда музыкантов — пешая. Дальше — батальоны: первый, второй и т. д. Оглянешься — и не видишь конца густым, широким массам солдат. Идем 45 минут, затем 5 или 10 отдых. Солдаты сидят или лежат на тех местах, где остановились.
