— Уморила, бестия, — усмехнулся он и упал на траву. Горничная подбежала и упала сверху.
Лиза с ужасом и отвращением наблюдала, как отец обнимает Татьяну, как они катятся с пригорка под уклон. В ушах звенел довольный смех горничной.
Лиза попятилась назад, пролезла под елью и, оказавшись на просторе, побежала куда глаза глядят.
Выйдя из леса, она оказалась на дороге и поплелась, не зная направления. Через какое-то время ей почудилось, что за ней кто-то идет. Оказалось, пристыженный Байрон в сопровождении лошади отца.
Некоторое время Лиза шла впереди лошадей, затем устала, забралась на коня и предоставила ему привезти ее домой.
Она была уверена, что в замке подняли переполох, что все, включая конюха и кухарку, ищут ее. Сначала придумывала себе оправдания, затем решила, что будет гордо молчать.
Спешившись у пруда, она вошла в замок через черный ход и решила спрятаться в библиотеке, дабы избежать расспросов матери.
Поднявшись в башню, тенью скользнула мимо диванной и остановилась. Там кто-то был. Девочка сделала шаг назад, остановилась как раз напротив приоткрытой двери и увидела мать.
Та сидела совсем близко к доктору и обеими руками обнимала его за шею. Ее длинные пальцы перебирали волосы на затылке Дмитрия Ильича, а тот гладил обнаженное колено матери!
Лиза машинально отступила назад, к лестнице, но что-то заставило ее вернуться. Она толкнула дверь в диванную:
— Вы все гадкие! Гадкие!
Мать и доктор вскочили. Лиза схватилась за горло — что-то сильно сдавило ей грудь, она не могла дышать. Она сползала по стене вниз, хватая ртом воздух.
— Ненавижу… вас всех…
Ася твердо решила не выходить к обеду. Ее терзали противоречивые чувства. Она в сотый раз со стороны пересматривала собственное поведение во время вчерашней прогулки, и находила его ужасным. Ей пришли на ум слова Вознесенского относительно Эмили: «Терпеть не могу влюбленных восторженных барышень…» Это ужасно! Вчера она вела себя совсем как Эмили! Хуже, чем Эмили! Она достойна презрения, которое архитектор ей в полной мере и демонстрирует.
Позже, обругав себя как следует, Ася начала наступление па архитектора. Но он-то каков! Заманил ее кататься на лодке, предложил выдумать его историю… Это ведь не ее идея, его! И вот ее история ему не понравилась! И она же виновата!
Злость помогла ей. Ася убедилась, что куда-то делся налет обожания, с которым она готова была взирать на этого человека. Она больше не будет смотреть в его сторону! Подумаешь, ему не понравились ее слова! Она такая, какая есть.
