Пока закипает вода в чайнике, быстро принимаю душ в гостевой комнате. Спать буду в родительской, оттуда окна выходят во двор. Не прохлопаю, когда с утра придут работники.
Завариваю чай и пока он настаивается, делаю бутерброды с маслом и козьим сыром. Что-то посложнее Марку пока не стоит есть, чтобы не перегружать желудок. Да и честно, у меня нет уже никаких сил.
Ставлю чашку с чаем на поднос, выкладываю бутерброды и несу в свою комнату. Временно бывшую. Но когда толкаю ногой дверь, натыкаюсь на заледеневший взгляд.
Марк полусидит в кровати, опираясь на подушки, и исподлобья смотрит на экран телевизора. Там диктор сухим будничным тоном комментирует кадры с разбитым спорткаром. Уже пустым.
— В результате аварии от удара о дерево Марк Громов скончался на месте. Тело его брата Мартина пока не нашли.
Следом идут кадры с аквалангистами, которые ныряют в том месте, над которым разбился автомобиль.
Молча ставлю поднос на столик, беру телефон и захожу в облако. Пролистываю записи видеорегистратора, там набежала целая толпа — полицейские, медработники и те же аквалангисты.
— Они решили, что это не Марти, а я, — говорит Марк безжизненным голосом, — потому что знают, что я всегда за рулем, когда мы едем вместе.
— Как вас можно спутать? — не скрываю удивления. — Вас что, никто не может отличить?
Теперь очередь Громова смотреть удивленно. Если не сказать, с подозрением.
— Могут. Родители и доктора.
— Какие доктора?
— Я же постоянно прохожу медосмотры, малыш. На меня есть целое досье, медицинская карта называется.
Там все мои переломы и вообще, вся история. Достаточно сравнить."
"Мне нечего сказать. Слова утешения застревают в горле, а сменить тему сейчас кажется просто кощунством.
Я хотела бы сказать, как мне жаль Мартина. А еще больше жаль самого Марка, который весь как будто заледенел. Даже в ушах лед, потому что он меня не слышит.
Но я не могу. Я могу только налить чай в чашку и предложить бутерброд. А это сейчас последнее, что надо Марку.
Глава 8
КаринаУхожу спать в спальню родителей и проваливаюсь в сон, лишь только голова касается подушки.
Но я сплю очень чутко, поэтому очень скоро просыпаюсь от непонятного шума. Первое время пытаюсь сообразить, что меня разбудило и почему я не у себя в комнате.
Память прорезает словно лучом прожектора, и перед глазами встает вчерашний день во всех его жутких подробностях. Дико хочу спать, но из моей комнаты доносятся неясные звуки, и я с сожалением сползаю с широкой родительской кровати.
