Истон с осуждением качает головой.
– Да уж, Гид, как жестоко! Разве ты не хочешь помочь Риду?
Его брат даже открывает рот от изумления.
– Поверить не могу, что ты только что сказал это. Конечно, я хочу помочь Риду!
– Да? Ну, мы оба знаем, что он перетрахал бы всех стерв в этом штате, если бы на кону была твоя жизнь. Рид сделал бы все что угодно, чтобы спасти тебя.
Я согласна с Истоном. Рид предан своим близким до мозга костей. Он бы жизнь положил за свою семью.
Черт, да он бы убил за нее.
Хватит!
Я отгоняю от себя эту жуткую мысль и обращаю все внимание на Гидеона.
– Послушай, ты не должен этого делать, если тебе так неприятно. Я прошу лишь одного: если ты вдруг окажешься в компании Дины, просто постарайся узнать, кто еще мог бы ненавидеть Брук, и что-нибудь про всех этих людей, что пришли сегодня.
– Ладно, посмотрим, что я смогу сделать, – помолчав, отвечает он.
– Спаси…
– Но только если ты сделаешь кое-что для меня, – перебивает Гидеон.
Я морщу лоб.
– Что именно?
– Когда ты переезжаешь к Стиву?
– Что? – Теперь я в еще большем недоумении.
– Когда ты переезжаешь к Стиву? – повторяет Гидеон.
– Зачем ей переезжать к Стиву? – спрашивает Истон.
– Потому что он ее отец, – нетерпеливо объясняет Гидеон, а потом снова переключается на меня. – Вся эта фигня, которой шантажирует меня Дина, должна быть спрятана где-то у нее. Найди эти фотографии и верни мне.
Я хмурюсь.
– Если я даже перееду к Стиву, чего мне совершенно не хочется, то где же мне начать искать?
– У нее должен быть сейф или что-то типа того, – подсказывает он.
– Ладно, а когда я найду этот секретный сейф, как мне его открыть – при помощи телепатических способностей?
Гидеон пожимает плечами.
– Я буду не против, если ты выбьешь его кувалдой из стены. А Стиву мы скажем, что вы с Ридом поругались.
Я смотрю на него открыв рот.
– Это ужасная идея, на которую я никогда не соглашусь.
Гидеон хватает меня за руку.
– Я не единственный, кого ты можешь спасти. – Его голос звучит тихо и пугающе. – Саванна тоже по самые уши в этом.
Окружной прокурор ест из Дининых рук. Он как-то раз приехал ко мне в колледж и показал два заявления о возбуждении уголовных дел: одно – на Сэв, другое – на меня. Они собрались обвинять нас в вещах, о незаконности которых я и понятия не имел.
Глядя на его побледневшее лицо, я проникаюсь сочувствием. На его лбу выступили капельки пота.
– Я не знаю, – медленно отвечаю я.
– Хотя бы подумай об этом, – умоляет он, в отчаянии сильнее сжимая мой локоть.
