Странно, кому могла потребоваться мазь, которая служит для снятия болей при ушибах и растяжениях? Да к тому же не самая лучшая. Насколько мне не изменяла память, от этого финалгона кожа начинает зудеть и чесаться. Длится это «удовольствие» часа два. Быстро открыв дверь гримерки, я окликнула охранника.
— У кого-то приступы остеохондроза или ушибы? — улыбаясь как можно более милым образом, поинтересовалась я.
В ответ он вытаращил на меня глаза.
— С чего ты взяла?!
— Да вот, смотрю, мазь финалгон кто-то купил, — я показала ему вкладыш.
— Понятия не имею, — пожал он огромными плечами. — Во всяком случае, у меня и у всех остальных с поясницей и со всем остальным — полный порядок.
— А кто-нибудь заходил в комнату за это время?
— Никто не заходил.
— И ты никуда не отлучался все это время?
— Слышь, ты чего ко мне пристебалась? Галушко вообще запретил нам с тобой общаться! Сказал, что уволит, на хрен.
— Не уволит, — решила я сыграть с ним ва-банк. — Я тебе скажу, только ты пока — никому. Лады?
Я поманила парня пальцем и воровато оглянулась по сторонам.
Он послушно наклонился, подставив ухо.
— Вовику давно не нравится Галушко! Он решил отделаться от него после этих гастролей и приглашает меня на его должность.
— Да иди ты! — недоверчиво покосился на меня охранник. — Гонишь?..
— Не хочешь верить — не верь, — повела я плечами. — Я, кстати говоря, уже подбираю свою команду, так что смотри…
Парень продолжал смотреть на меня недоверчиво, но какие-то мысли у него в голове зашевелились.
— А куда он Вадима денет? — спросил он наконец."
"— Тебе не все равно? — продолжала я играть свою роль. — Пойдет винный склад охранять. Там ему самое место! Он, по-моему, до такой степени пропитался коньяком, что вполне сможет замаскироваться под бочку с этим напитком.
Шутка сработала, охранник улыбнулся и поддакнул мне:
— Это точно! Он в последнее время трезвым вообще не бывает. Я вот только, знаешь, чего не пойму?
— Чего?
— А как же Вовик Вадима выгонит? Они же вроде бы родственники какие-то…
— Ну, это не моя забота, — отмахнулась я.
— Вовик мне обещал, значит, примет меры. А то ведь сам знаешь, что может быть после того, как он меня… как мы с ним… Ты меня понимаешь? — я состроила масляные глазки.
Парень смущенно хрюкнул:
— Думаешь, Вовку можно на это подловить?
— Я все могу, — уверенно перебила я его. — Будешь себя хорошо вести, лично в этом убедишься. Так ты уходил куда-нибудь?
— Да, это, понимаешь, прихватило живот, а подменить некому.
