Так что карманные деньги я по-своему «инвестировал». Руслан меня учил бережливости, хоть и не ограничивал особо ни в чем.
— Просто помни, пожалуйста, умную фразу: «Мой дед ездил на верблюде, мой отец ездил на верблюде, я езжу на иномарке, мой сын ездит на еще более крутой иномарке, его сын будет ездить на похожей, но вот мой правнук будет ездить на верблюде». Ты не владеешь тем, чем владеют твои родители, и это не потому, что я не хочу тебе этого дать. Нет. Я хочу, чтобы ты научился зарабатывать сам, чтобы ты понимал, как важно ценить то, что есть.
Не тратить налево и направо. И это при том, что тебе дозволено почти все, Миш. Почувствуй разницу. Я даю тебе удочку. Не будь дураком и возьми ее с благодарностью.
Руслан и правда с мелкого возраста воспитывал меня. Они с Настей поженились быстро и скоропалительно, все было покрыто своими загадками, непонятными для детского мозга. Но Руслан стал для меня настоящим отцом, при этом никогда не просил себя так называть. Сначала был дядя Руслан, потом просто Руслан, со временем он стал для меня батей.
Частично я продолжал звать его Русланом, но всегда знал одно — он не биологический отец, а муж моей сестры. Мои родители погибли. Никаких новых у меня с тех пор появиться не могло.
Мы жили дружно, вскоре на свет появилась Милка, но фокус внимания Насти и Руслана не переключился на одного ребенка. Казалось, они, наоборот, старались уделять нам с мелкой поровну времени и это при условии, что маленький ребенок может забирать каждую свободную минутку.
В подростковом возрасте меня климануло.
Нехило так гормоны взыграли, так что Настя натерпелась тогда. Я все слова воспринимал как упрек, огрызался, сбегал из дома. Руслан проявил максимум терпения и мужской силы, тягал меня на секции и кружки. Там впервые я узнал, что такое бокс.
— Ты сейчас сгусток эмоций, их нужно выплескивать, но не на сестру, а на грушу. Дыхание четко регулирует твои движения. Правильное дыхание — правильный удар. Правильный удар — правильный выход эмоций. И ты отпустишь весь гнев.
А придя домой, поцелуешь сестру и племянницу с улыбкой на лице.
Боксировали в первый день до сбитых костяшек и насквозь пропитанной потом майки. Я поверить не мог, что ответ мог бы быть на поверхности. И с тех пор я и бокс — это одна стихия.
— Спасибо, Руслан."
"— За такое не благодарят. Но если еще раз ты посмеешь фыркнуть на Настю, я приложу тебя так, что мало не покажется. За свою женщину я буду бить в табло любому — даже тебе. Несмотря на то, что ты мне как сын.
