– Но по тому же оврагу они могут и отступить, как перед этим наступали, желая избежать полного уничтожения…
– Могут, – не мог не согласиться я. – Потому я и задавал вам вопрос о вооружении вашей группы."
"– То есть ты, майор, хочешь, чтобы мои инженеры выступили как простые солдаты в качестве «заслона»?
– Как приятно, товарищ генерал, когда не приходится разжевывать задачу, когда тебя с полуслова понимают. Только одна просьба – прикажите отвинтить глушители. «ПП-2000», кажется, имеют калибр «девять миллиметров». Значит, очереди будут громко звучать.
Очень громко. Они одним звуком напугают бандитов. Надеюсь, у них не найдется человека, который сумеет по очередям подсчитать количество стволов. И вас примут за значительный по силам отряд.
– Хорошо. Договорились… – генерал-лейтенанта оказалось легко уговорить. Видимо, несмотря на то что он не был кадровым военным, в глубине души в нем все же сидел мужчина-воин, способный оценивать боевую обстановку. Оно и понятно – высокие звания даются не просто так. И даже ученый обязан званию соответствовать…
* * *– Товарищ майор, товарищ майор, посмотрите туда, – лейтенант Футракулов показал пальцем вдаль и тут же уточнил: – Где овраг в нашу сторону поворачивает.
На пять метров дальше поворота.
Я не стал терять время на вытаскивание из футляра бинокля, сразу прильнул к прицелу и увидел, как один из «бармалеев» прямо грязными берцами встал на плечи другому, очевидно, самому высокому в банде, и опустил вниз руку, движением пальцев требуя подать ему автомат.
Пока ему подавали автомат, я навел черный крест прицельной марки на белое пятно камуфлированной куртки «бармалея», расположенное прямо под левой лопаткой, задержал дыхание и готов уже был нажать на спусковой крючок, когда услышал отдаленную, но довольно громкую короткую очередь. «Бармалей» свалился, но умудрился не упасть, а просто сел на широкие мосластые плечи того, кто его держал на себе.
Я поднял прицел чуть выше, отвел его в сторону и увидел генерал-лейтенанта Спиридонова. Генерал держал в руках пистолет-пулемет «ПП-2000» с отвинченным глушителем, и мне даже показалось, что его ствол слегка дымился.
Но это, скорее всего, работало воображение. Дымиться он может только во время зимней стужи. А во второй половине марта в Сирии погода даже ночью стоит, как в средней полосе России в разгар лета.
Короче говоря, генерал Спиридонов сам прикрывал работу своих инженеров, как он их почти любовно назвал. Должно быть, очень дорожил своими людьми и берег их как мог.
