Он удалился от дел и передал мне практику, теперь я выплачиваю ему…
— Неплохо, Теодор, я доволен, — Помпилио вновь обратился к Валентину. — У него нет семьи, нет лаборатории. Только долги. Другими словами, его ничего здесь не держит. Я доволен.
— Спасибо, мессер.
— И квалификация его, наверное… наверное, подходящая. В конце концов, он знает о жезарском сплаве. Этому, разумеется, учат еще на первом курсе алхимических заведений, но сей кандидат, по крайней мере, посещал лекции.
— Совершенно с вами согласен, мессер.
— Могу я узнать э-э… о чем идет речь?"
"— У меня есть электрический атанор нужной мощности, — сообщил Помпилио с таким видом, словно объяснялся с нерадивым служащим. — В нем можно изготавливать не только боеприпасы класса «красный тигр», но и вообще любые известные боеприпасы. И неизвестные, являющиеся моими личными секретными рецептами. Скажи, Мерса, ты готов хранить мои личные рецепты в глубокой тайне?
— Вы хотите меня нанять?
Как и любой алхимик, Андреас был совсем не прочь оказаться при дворе богатого аристократа.
Хозяин требовал удобрения для полей, патроны для охоты, фейерверки для праздников и лести, хозяйка требовала «уникальную» косметику и много лести. Запросы эти удовлетворялись без особого труда, и оставалась масса времени на научные изыскания — именно так описывал свое безбедное существование однокурсник Андреаса, шустрый Станислав Лен, который уже написал две монографии и готовился штурмовать степень магистра. Но Станиславу повезло с аристократом, он обосновался у флегматичного верзийского дара.
А вот перспектива работы на чванливого Помпилио вызывала у алхимика серьезные сомнения.
— Вы хотите меня нанять?
Мерса хотел добавить, что он вполне доволен жизнью и не желает покидать Заграту, где у него отличная практика, но… Но наспех подготовленная речь пропала.
— Еще нет, я думаю. — Помпилио вернул Валентину фляжку и свел на животе руки. На коротких толстых пальцах сверкнули перстни, каждый из которых стоил больше, чем алхимик зарабатывал за год.
— Мне сказали, ты с Бахора?
«Начинается…»
Адигены не доверяли выходцам из республиканских миров. Наверное, правильно делали, однако Андреас почувствовал себя уязвленным.
— Я… э-э… не сказал, что хочу работать на вас, мессер.
— Сейчас мы говорим о Бахоре, Мерса. Ты оттуда?
— Совершенно верно.
Помпилио покачал головой.
— Я бывал в Бахоре, приятный мир.
— Э-э… согласен.
— Ты там родился?
— Да.
