— Господин?
— Сопровождай госпожу Талилу всюду, куда бы она ни направилась сегодня, — коротко велел Мамору.
Она едва не заскрипела зубами, впившись в его затылок сердитым, уязвленным взглядом.
Она что, снова в клетке?! Снова заточена в подземелье?!
— Конечно, господин, — Такахиро молча поклонился, никак не высказав своего удивления или недовольства."
"— Ты можешь ходить, где только захочешь, — Мамору повернулся к ней. — Но одна ты ходить не будешь.
Поначалу Такахиро раздражал ее до зубовного скрежета. Она намеренно ушла вдоль берега как можно дальше от гарнизона и лагеря, хотя изначально туда не собиралась.
Самурай следовал за ней молчаливой, бесшумной тенью, но одно лишь его присутствие напоминало ей о днях, проведенных во дворце, и это воспоминание причиняло гораздо больше боли, чем ей хотелось бы.
К полудню Талила практически смирилась, а к моменту, как солнце начало клониться к закату, перестала его замечать. Она вернулась в лагерь, чтобы побывать на встрече между Мамору и полководцами, которая должна была состояться в их шатре.
Ее муж не намеревался задерживаться у речного гарнизона. Он спешил в горы, на помощь тем, кто из последних сил сдерживал наступление армии Сёдзан. И времени оставалось все меньше.
Но прежде им нужно было решить, сколько он сможет увести за собой людей, чтобы не ослабить этот гарнизон и не получить еще один прорыв границы.
— Господин, вам стоит остаться здесь. Войско могу возглавить я.
Полководец Осака — высокий и сухопарый мужчина с резкими чертами лица — пытался переубедить своего господина еще со вчерашнего вечера, когда их небольшой отряд только достиг гарнизона у реки.
— Мы не можем вами рисковать, — непримиримо добавил он под тяжелым взглядом Мамору. — Вы отправили сюда меня и Хиаши, чтобы мы приняли на себя командование и вернули контроль над перевалом.
Мамору молча, но отнюдь не терпеливо его выслушал.
— Ты уже говорил это вчера, — сказал он. — И повторяешь сейчас.
Осака, несмотря на свой немалый возраст и опыт, с трудом удержал взгляд, встретившись с глазами своего господина.
— Ваш долг — сохранить себя ради армии, — настойчиво продолжил Осака. — Если что-то случится... — и он все же осекся, заметив, как напряженно сжались пальцы Мамору на рукояти меча.
В шатре собралось не меньше дюжины людей, и лишь один из них осмелился ему перечить.
— Если со мной что-то случится, их поведешь ты, — холодно бросил Мамору. — Но пока я жив, я не буду прятаться за чужими спинами.
