Я доверял ему, рассказывал ему то, чего не знала даже Милана. А зря… Эта тварь все запоминала и анализировала. Николай не был женат и менял баб, как перчатки, и последнее время зачастил к нам. Совместные ужины, праздники, походы в ресторан, даже в театр, и меня это не настораживало, незадолго до этого умерла его мать, и я считал, что он так пытается заменить семейное тепло. В общем, тогда из меня был плохой психолог. Ну или я не хотел видеть очевидных вещей в близких мне людях.
Как оказалось, Колян давился желчью от зависти.
Бизнес у меня был масштабнее, активов — больше, дом — шикарный и даже моя жена не давала ему покоя. Но узнал я об этом слишком поздно…
Поздней осенью в день первого снега, который тогда валил хлопьями, на мой телефон пришло сообщение, всего несколько слов, которые перевернули мою жизнь, «Мы очень тебя ждём» и фото Николая, который держит за шею мою до ужаса испуганную жену."
"Тогда я был слишком самоуверен. И ещё не видел всей картины в целом. Я не взял с собой охрану, и рванул домой сам.
Потому что у меня в голове не укладывалось, что мой друг сошел с ума и очень опасен. Я оставил машину за несколько домов. Вынул ствол и пошел домой. Я знал, как бесшумно и незаметно войти. Дома меня ждал сюрприз — отсутствие света. Ублюдок решил сыграть со мной игру без правил. Я продвигался в темноте, и эта тварь в меня стреляла. Но все мимо цели. Смерть вообще предпочитает обходить меня стороной. Я был на взводе, на адреналине, мне хотелось переиграть психа. Он показался мне на лестнице и в этот же момент мимо меня просвистела пуля, врезаясь в стену.
У меня хорошая реакция и я по инерции выпустил пулю в ублюдка практическим мгновенно. Но, как оказалось, тварь прикрывался моей женой, как живым щитом, заклеив ей рот.
Я убил свою жену пулей в сердце, ублюдок столкнул ее с лестницы к моим ногам, а сам ушел через черный вход. Когда я осознал, что Милана мертва, мне уже было плевать на Николая. В доме резко загорелся свет, и начался мой личный ад, в котором я живу до сих пор… Она лежала на лестнице, возле моих ног, истекающая кровью…, - задыхаюсь не могу больше произнести и слова.
— Не нужно больше, я все поняла, — не выдерживает Лена, подходит ко мне сзади, прижимается к спине щекой и гладит руками грудь. От ее тепла становится легче, и мы дышим в унисон. — Ты не виноват…
— Я был настолько самонадеян в своей крутости, что подставил под удар жену. Я убил ее!
— Нет, нет, нет, — хаотично целует спину, пытаясь меня оправдать.
