Но становиться шлюхой — никогда. Мне кажется, он вообще издевался надо мной этим заявлением — стать его любовницей. Никогда не поверю, что такой мужик нуждается в любовницах! Видимо, Аронову было просто скучно, а тут я нарисовалась. Люди всегда на кого-то надеются — на врачей, на власть, на полицию — всем кажется, что, если обратишься к нужным людям, сразу станет легче и тебе помогут. Нет! Не станет! Вы никому не нужны!
Оставляю маму с Андрюшкой смотреть телевизор, а сама иду на кухню, делая вид, что убираю чашки и думаю, что делать.
Безвыходных ситуаций не бывает. Рекомендаций мне, конечно, уже никто не даст, благо хоть уволилась не по статье. Оставляю чашки в раковине, облокачиваюсь на столешницу, смотрю на вечно капающий кран и никак не могу придумать, что делать дальше. Полная безысходность. Даже если случится чудо и в ближайшие дни я найду работу — прежней зарплаты уже не будет… две недели испытательный срок, не всегда оплачиваемый, потом ждать зарплату, придется занимать на ипотеку и прочие нужды.
А как отдавать долги?
Злюсь, не знаю на кого. На начальника, на Аронова, на весь мир и суку-судьбу. Тру лицо руками, начиная нервно мыть посуду. Из полного отчаянья меня кидает в ярость на этот мир! В кармане домашних брюк вибрирует телефон, и я спешу ответить на звонок, поскольку звонит Кристина.
— Слушай, ты что будешь мартини или вино? — задумчиво спрашивает она, будто выбирая.
— Да ничего не надо, — сажусь на угловой кухонный диванчик.
— Почему? Тебе завтра не на работу, — усмехается подруга и я вместе с ней, но от отчаянья.
— Зато тебе на работу.
— Пффф, переживу как-нибудь. В общем, я беру две бутылки мартини, — сама решает подруга и скидывает звонок. Хотя, это хорошая идея. Мне нужно напиться, чтобы отключить мозг на этот вечер.
***
— Что, серьезно?! — вскрикивает Кристина, округляя глаза.
— Да тише ты! Мама и Андрюша спят. Да, серьезно, так и сказал. Прямым текстом, в лоб. И это совсем не было похоже на флирт, а больше на приказ, — рассказываю про свой поход в кабинет главы компании.
Мы уже приговорили одну бутылку мартини, но нам мало, поэтому я открываю ещё и подрезаю мой любимый сыр с плесенью, который принесла Кристина. Я, к сожалению, не могу позволить себе таких излишеств.
— Охренеть! — удивление сменяется улыбкой, и она хитро прищуривает глаза. — А ты что? — с интересом спрашивает она.
— Я написала заявление и ушла. По факту завтра я должна подойти за документами.
