— Не просто! Цитирую слова Аронова: «Если понравишься мне в постели и согласишься на мои условия»! — меня начинает злить беспечность и легкость подруги.
— Ну уж извини! Мужик хочет качественно трахаться на своих условиях. Может себе это позволить.
— Как бы ты это не расписывала, все равно это проституция. Я так не смогу. Я не такая.
— А жизнь, Леночка, она такая. Нужно подстраиваться, чтобы урвать жирный кусок. Если не ради себя, то ради близких. Ты, конечно, поступай как знаешь, но я бы не отказалась. Ну хотя бы сходила на ужин и узнала, каковы условия.
Проституция — это когда сегодня один, а завтра другой. А когда один, неженатый и состоятельный — это любовники. А любовь и чувства — это все бред для подростков. Ну любила ты своего бывшего мужа и что? Или возьми меня — я же ради Славки на все была готова, потому что любила как идиотка, но ему оказалось мало моей любви… — Кристина кусает губы потому что Славик — ее больная тема, и она еще не излечилась.
— Не знаю, как-то это ненормально.
Может, он просто издевался надо мной? Посмотри на меня, такие, как Аронов, таких, как я, не выбирают.
— Ой, вот только не нужно себя принижать! — Кристина соскакивает с подоконника, садится рядом со мной, и сама разливает мартини. — Ты красивая, привлекательная женщина с формами! Не всем нравятся худые вешалки. Знаешь, как говорил мой папа — «Лучше плавать по волнам, чем биться об скалы»
— Ну да, — усмехаюсь я, чокаясь с подругой. Все это пьяные разговоры, а завтра мне искать новую работу, потому что ублажать Аронова я не собираюсь.
***
Маме я соврала, что взяла отгул. Не могу сказать ей правду. Отвела Андрюшку в школу, заскочила в кафетерий, взяла кофе и принялась рассматривать вакансии в интернете и рассылать резюме. Вот хорошая фирма и зарплата достойная, только вакансия открыта для виду, всех уже взяли по блату. Есть много предложений, где меня возьмут, но платят мало. Головная боль после вчерашних посиделок с Кристиной начала медленно отступать, и я направилась на бывшую работу забирать документы.
— Да почему вы не можете мне их отдать? — ничего не понимаю, но в отделе кадров отказываются отдать мне документы.
— Ваши документы забрал генеральный директор, — сухо сообщает мне женщина.
— И когда вернет?
— Не знаю, — она качает головой, начиная заниматься своими делами, прекращая обращать на меня внимание. Черт! Аронов вчера не шутил!
Выхожу на улицу, кутаюсь в пальто, соображая, что мне делать дальше.
