Я не понимаю, почему так больно, но точно осознаю, что это нужно остановить.
— Ну все! Тебе пора спать! — строго говорю я, прерывая их беседу.
— Ну мам, я хотел почитать перед сном, — ноет Андрюша, продолжая рассматривать красочную книгу.
— Маму надо слушать, — вмешивается Виталий, — завтра почитаешь, — подмигивает он моему сыну. Никогда не видела его таким открытым, мягким, теплым. У Аронова даже глаза стали другими — живыми. И это нечестно! Потому что такой Аронов обезоруживает. Виталий выходит из комнаты.
А я стараюсь мягко забрать у сына книги, игрушки и положить их на тумбу."
"— Спокойной ночи, — целую Андрея в щеку, помогаю лечь удобно и выключаю верхний свет, оставляя светильник. Иду на кухню, где уже сидит Виталий и что-то листает в своем телефоне.
— Ужинать будешь? — понятно, что он пришел за сексом, но сын еще не уснул и я не знаю, как занять время. Сейчас его присутствие в моей квартире давит на меня, и я не могу быть беззаботной.
— Не откажусь, — не смотря на меня, отвечает Виталий и набирает чей-то номер.
Беру тарелку, накладываю Виталию свежего пюре и куриный рулет с сыром. — Славик, мне по хрену, где он возьмёт деньги! — голос Виталия меняется, становясь ледяным. Он разговаривает не со мной, но я все равно сжимаюсь. — Пусть продаст свои почки, почки жены и собаки! Я не могу спустить с рук попытку меня кинуть! Все, у него ещё три дня! — Аронов скидывает звонок и откладывает телефон на стол. Достаю из холодильника маринованные грибы с зеленью и ставлю чайник.
Виталий молча рассматривает еду, потом переводит взгляд на меня, ухмыляется, закатывая рукава джемпера и берет вилку.
— Извините, что еда не вашего уровня, барин, — шучу я и облокачиваюсь на столешницу.
— Как-нибудь переживу, — отвечает Аронов и принимается за еду. Завариваю нам чай и сажусь напротив Виталия, смотря как он с удовольствием ест мою стряпню.
— Кстати, грибы я лично мариновала, — отпивая чая, сообщаю я, а сама рассматриваю его сильные руки и понимаю, что я по ним соскучилась.
— Очень вкусно. Правда, давно не ел такой простой, но очень вкусной еды, — вполне искренне отвечает он. И, видимо, от похвалы я схожу с ума и набираюсь смелости.
— Где ты был всю неделю? — спрашиваю я. Виталий молча доедает еду и оставляет тарелку.
— Ну, допустим, в командировке, — холодным тоном говорит он, берет салфетку, вытирает губы и откидывает ее в тарелку.
