Алексей совершил прогулку вдоль дороги, стараясь не выходить на открытые участки. Субъект проживал в доме 24 по улице Платановой, о чем извещала табличка на воротах. В доме стояла тишина, занавески были задернуты. Перспектива маячила незавидная – всю ночь караулить предполагаемого преступника. Но он готов был неделю караулить!
В доме напротив, дальше по улице, послышались голоса, засмеялась женщина. Заскрипела кровать. Потом на крыльцо вышел мужчина, закурил папиросу. Стоило рискнуть. Не может же вся улица быть пособницей фашистов!
Алексей перебежал дорогу, подошел к калитке и окликнул мужчину.
Попросил не волноваться, показал удостоверение и даже лично его осветил. Мужчина не стал вставать в позу посреди ночи, он явно оробел. Снова последовала просьба не волноваться, сотруднику СМЕРШ надо лишь задать ему парочку вопросов, и он будет бесконечно рад, если получит на них ответы. Товарищу даже незачем выходить на улицу, а гостю – заходить на участок.
Мужчина успокоился и доходчиво ответил на все вопросы майора.
Сам он трудится на железной дороге, есть семья, утром на смену. С соседями знаком – из 22-го, из 26-го домов. В 24-м проживает некто Войтенко, зовут Константин, работает вроде в милиции, но в каком районе, точно не знает. Мужчина неразговорчивый, но здоровается, справляется, как дела. Живет один, пару раз заглядывали на огонек женщины. Водит машину «ГАЗ-М1», дома бывает редко, постоянно в делах, да это и понятно – у милиции сейчас столько забот! Появился он в этих краях примерно месяц назад, поселился в пустующем доме, несколько раз бравировал капитанской формой.
Больше соседу сказать было нечего. Описание совпадало. «Надеюсь, вы понимаете, что наша беседа строго между нами? – напоследок сказал Лавров. – Предупреждаю об ответственности за болтливость. Впрочем, вы производите впечатление благоразумного человека».
Алина спала, свернувшись на заднем сиденье. Не привык он смотреть на спящих женщин. Процесс затянул. Девушка посапывала, вздыхала во сне. Алексей не решился ее разбудить, на цыпочках добрался до своего места, расслабился на сиденье.
Улица была пустынной, советские граждане мирно спали. В нескольких сотнях километров отсюда гремела война, Красная Армия выгоняла фашистов из Молдавии. Вероятность, что враг вернется в Одессу, была ничтожной.
Она проснулась через час, позевала, забавно потерла глаза.
– Войтенко, Войтенко… Если я не ошибаюсь, в Приморском районном отделе, которым руководил покойный Булавин, есть сотрудник с такой фамилией.
