Алла, как ни странно, хорошо выглядела – подкрашенная, причесанная, похудевшая, помолодевшая.
– Похудела, – вздохнула она. – Первую неделю вообще есть не могла. Осуждаешь, что постриглась и накрасилась?
– Нет-нет, что вы! Наоборот – восхищаюсь!
Та грустно усмехнулась:
– А куда мне деваться, Алечка? Муж молодой и здоровый кобель. А я – старая тетка. Вот и приходится… Но если б ты знала, как мне это дается! С каким отвращением.
Аля смолчала, сказать было нечего. Только подумала: «Бедная, бедная Алла! Невредная ведь тетка, хорошая.
Бестолковая, конечно, но не змея. И, кажется, давно расплатилась за ошибки молодости. Даже с лихвой».
Заказали кофе и воду.
И Алла завела разговор. Вопрос был о даче:
– Что собираешься делать?
– Я? – удивилась Аля. – А я-то при чем? Какое отношение к даче имею я? Дача ваша, ваших родителей.
Алла возразила:
– Нет, дача твоя. Твоя и Анютина. Мама завещала ее внуку, твоему мужу. И я к ней никак, ни с какого боку. К тому же я ее ненавижу! И не только из-за Максима. Гораздо раньше, с далекого детства.
Знаешь, как мне там жилось?
А, не знаешь. Так я тебе расскажу. Все лето, весь май и сентябрь там жили люди. Куча людей! Незнакомых и малопонятных. Отцовы друзья, мамины случайные подружки. Она же обожала общество! Ты ж понимаешь, – хмыкнула Алла, – светское общество! Нет, народец был всякий, не только торгашня и дельцы вроде моего папани. И актриски попадались какие-то заезжие, малоизвестные. И художники, и музыканты. Ну и, разумеется, деловые. Те, кто и в те годы делали бабки.
Цеховики. Ты и представить не можешь, какие они делали бабки! Подпольные миллионеры, ни больше ни меньше! Денег навалом, а девать некуда – куда? Жрать ложками белужью икру – скучно и надоело. Любоваться своими бриллиантами и бояться их нацепить? Тоже невесело.
Ну ладно, курорты, Сочи, там, Пицунда, Крым. Там по вечерам на набережной можно было демонстрировать дорогие наряды и цацки. Но тоже осторожно: все под колпаком. Зарвешься чуть больше, не поделишься – все, кранты. Загребут. ОБХСС и прокуратура всех знали наперечет.
Заграница – какая там заграница! Это тетя Соня туда моталась. Ей полагалось – муж большой человек. Пару раз она маму прихватывала, как-то устраивала.
Ну и развлекались, как могли и умели, – театры, кабаки, где тоже, кстати, что ни мэтр, официант – то стукач.
Что еще? Карты! Вот и нашли себе занятие, развлечение.
Собирались на даче и играли сутками, понимаешь? Входили в азарт. Мать моя, незабвенная Муся, была одной из самых азартных.
