– Ну ты даешь! – прошипела красная, растерянная и обозленная Аля. – Разве так можно? Там же люди. Совесть-то надо иметь! Знаешь, я лучше поеду домой, мне так неудобно.
– Кусок в горло не полезет? – усмехнулась Оля, подкрашивая у огромного, в золотой раме зеркала губы. – Полезет, не волнуйся! И вообще – ты о чем? Эти, – Оля кивнула на улицу, – приезжие, из всяких там Мухосрансков. Как же, надо отметиться – были в самом «Арагви». А им в рабочей столовой самое место, поняла? Там быстрее и точно дешевле!
– Господи, – пробормотала Аля.
– Что с тобой стало? Разве при-ез-жи-е не имеют право пойти в ресторан? А ты не забыла – я тоже приезжая!
– Ты давно москвичка, – спокойно ответила Оля, облизывая намазанные губы, – это раз. А два – жизнь, Алька, такая. Не подмажешь – не поедешь. Не дашь на лапу – иди с миром. И не я, кстати, это придумала. А ты не строй из себя ангелицу! Тебе бабка у кого шмотки достает? Вот именно, у фарцы! У спикулей. И ничего, не смущаешься, носишь? Вон, – Оля кивнула на Алины туфли.
– Фабрика «Башмачок»? Ой, что-то не верится! Кажется, Австрия, «Габор»? Я не ошиблась?
Аля молчала. Ссориться совсем не хотелось. Она соскучилась по Оле, мечтала с ней поболтать. И что завелась? Ведь Оля права. И про туфли, и про все остальное. И нечего из себя строить святую. Такая вот жизнь, что поделать. Аля выдавила улыбку:
– Ладно, пошли. Очень хочется есть.
Было и вправду очень вкусно. Особенно шашлык по-карски и мороженое с безе, посыпанное орешками.
Официант, молодой и симпатичный парень, поставил на их стол бутылку шампанского.
– Мы… разве заказывали? – растерянно пробормотала Аля.
– Мы – нет. Это нам подарок, верно? – поинтересовалась Оля.
– Подарок, – услужливо поклонился официант, – вот от того стола.
Аля тут же обернулась – за столом сидели трое немолодых кавказских мужчин, приветливо махавших ей руками.
– Отвернись, – прошипела Оля и отчеканила, в упор глядя на официанта: – Спасибо, но мы не пьем.
Так что, пожалуйста, отнесите обратно! И обязательно поблагодарите. – А Але она прошипела сквозь зубы: – Совсем спятила? Это же Кавказ, дикари! Примем бутылку – не отвяжемся!
Аля окончательно смутилась."
"– Пошли домой, а? Что-то сегодня не клеится…
Быстро расплатившись, вышли на улицу. Сели в сквере напротив. Обе молчали. Бронзовый Ильич с усмешкой смотрел на подруг.
