Сбросив обувь, поставила босые пятки на край сиденья и обхватила колени руками. Как-то отрешённо глядела в никуда, а душе — пусто. Пустыня Гоби.
По-хорошему, нужно было уйти. Благо с современными технологиями найти в чужом городе дорогу не проблема. Но я упрямо оставалась на месте.
Перед мысленным взором до сих пор стояло перекошенное от гнева лицо, с которым он меня встретил в коридоре.
— Что ты ей сказала?!
— Правду, — заартачилась я, с вызовом вскинув голову.
Его кадык пару раз дрогнул.
«Херовый вы адвокат, Глеб Михайлович, — мстительно подумалось мне.
— Раз не умеете контролировать эмоции».
— Жди меня в машине, — рыкнул он, сунув мне в руки ключ, и скрылся за дверью материнской палаты.
И вот, спрашивается, куда делись мои злость и гордость? Неизвестно.
Минуты тянулись медленно, словно издеваясь. Хотелось домой. К папе, Оле, мальчикам… А ещё лучше — вновь сидеть с Кристинкой на моей кухне и пить просекко, сплетничая и пьяно хихикая над всяким бредом.
— Нужно дождаться завтрашнего утра, — шепнула себе под нос в попытке хоть немного приободриться.
— Сдам кровь и уеду домой, хотя бы на пару дней.
Сейчас обещание вернуться, данное матери, казалось сильно преждевременным. Жизнь всё больше становилась похожей на качели: шаг влево, шаг вправо… и все неправильные. Вот и теперь, оказавшись наедине с собой, я словно иначе начинала видеть и всю нашу встречу, и наш разговор. И чем дольше думала об этом, тем меньше они мне нравились.
Глеб появился как-то неожиданно. Пройдясь по парковке своей типичной деловой походкой, сел в машину, закрыл дверь, пристегнулся, завёл мотор и начал выруливать со стоянки.
Злости я в нём больше не чувствовала. Впрочем, это ничего не меняло.
— Куда мы едем? — меланхолично спросила я минут через пять, устав наблюдать за мелькающим перед нами автомобильным потоком.
— Пообедаем где-нибудь, — без особых эмоций пояснил он, не отрывая взгляда от дороги.
— Не хочу.
— Кир… — усталый вздох.
Вот тут я уже не выдержала.
— Что Кира?! Как вы уже меня все достали со своими придохами.
Может, уже хватит из меня делать неразумное дитя?! Согласись, у меня есть причины вести себя… так.
Пару раз повёл челюстью из стороны в сторону.
— Я не должен был так реагировать. Прости.
— Ты вообще много чего не должен был делать!
Мою шпильку он проглотил стоически, лишь повторил:
— Давай просто пообедаем где-нибудь.
Спорить я не стала.
***
Через полчаса мы расположились на веранде небольшого ресторанчика, выбранного Глебом.
