В памяти капитана контрразведки СМЕРШ накрепко засела подвальная дверь филиала института «Альтверде». Павел приказал всем отойти. Вдумчивый неспешный рядовой по фамилии Голуб размотал моток алюминиевой проволоки, соорудил на конце что-то вроде крюка, зацепил за край двери.
Никаких взрывных устройств не обнаружилось, но расслабляться не стоило. Бойцы согнулись в три погибели, проникали внутрь, крались дальше. На потолке висели лампы в пыльных плафонах, но электричества не было и в помине.
Поворот направо, каменная лестница со скользкими ступенями, изогнутый коридор.
Потом еще одна лестница, на этот раз винтовая. Люди спускались по ней довольно долго, что не могло не вызывать озабоченности.
Короткий тамбур, широкий коридор. Проход налево — и монументальная железная дверь со стальными запорами.
«Может, это и есть один из тех мифических командных пунктов?» — подумал Павел.
Овчарка за дверь не рвалась. Там, похоже, никого не было. А если и притаились какие-то призраки, то в компетенцию контрразведки СМЕРШ не входило выяснение отношений с ними.
"
"Снова ответвления труб, продолжение канализационной системы. Очередной обвал, через который солдаты перебирались долго, не отказывая себе в выразительных комментариях.
За обвалом Павел объявил привал. Бойцы выходили на сухой участок коридора, падали кто куда. Собака выказывала признаки нетерпения, скулила. Люди курили, с наслаждением закрывали глаза.
Похоже, не только они устроили здесь привал. Степенный кряжистый мужик по фамилии Голуб поднял окурок вонючей немецкой сигареты, пристально разглядывал его в свете фонаря, потом начал тщательно обнюхивать, пересиливая брезгливость.
Павел заинтересовался, придвинулся ближе:
— Что-то интересное, боец?
— Вообще-то баба курила, товарищ капитан, — несколько удивленно проговорил Голуб, демонстрируя окурок. — Видите помаду? Сигареты «Империум». Дрезденская табачная фабрика. Принято курить их через мундштук, но эта особа дымила просто так, сделала несколько затяжек, потом бросила. Сигарета тлела какое-то время, потом потухла.
Пепел остался.
— Меня не удивляет, что курила женщина, — с усмешкой проговорил Никольский. — В компании Менделя имеется баба по имени Ильза Краузе. Не дай бог тебе, Голуб, встретиться с ней в ближнем бою или без оружия. Она тебя без соли загрызет.
— А что тебя удивляет, командир? — не понял Кобзарь.
— А то, что накануне панического бегства, перед лицом, так сказать, смертельной опасности, она нашла время и желание накрасить губы.
